Тяжело вздыхаю, снова бросая взгляд в зеркало заднего вида. И что мне с тобой делать, животина? Спрашиваю молча. С тобой же гулять надо, кормить, воспитывать. Любить, в конце концов, а это самое трудное, между прочим.
Как показывает практика моих прожитых лет, любить — это не для меня.
Когда Друг, так зовут собаку, меня увидел, он кинулся ко мне, но почувствовал незнакомый запах, занервничал и начал возмущенно лаять. Конечно, такой резонанс в его собачьей голове произошел. Вроде на хозяйку так похожа, а запах полностью другой. Честное слово, когда Друг понял, что я не та, которую он ждет, его глаза наполнились печальной чернотой, разбив мне сердце.
Да, этот маньяк на данный момент убил 31 человека, но на самом деле это число в десятке больше. Ведь у всех, почти всех жертв были семьи и просто живые существа, которые теперь страдают.
Сегодня произошел действительно переворотный момент в моей жизни. Человек, который с такой жестокостью и хладнокровием убил столько людей, оказался моим поклонником.
Последний час, а может, даже больше, мы смотрели видео и фото с его флешки. Копии отдали мне, а оригиналы оставили в комнате с уликами. Радовало, что улик стало больше, но огорчало, что маньяк может быть из моих знакомых. Был даже небольшой разговор о том, что, если бы не я, в виде жертвы и имея с маньяком прямую связь, как бы мы ловили его дальше. Ребята из отдела остались дальше разбирать видео и фото, а меня отправили «отдохнуть».
Теперь в отделении все узнают о моментах моей личной жизни в подробностях. Видео чаще всего сопровождались написанными комментариями этого урода. Моменты радости и грусти. Что мне нравится, что веселит.
Наверное, придурку следует отдать должное — даже единственного просмотра было достаточно, чтобы охарактеризовать меня как простую девушку.
Я долго выстраивала образ хладнокровной, недоступной эгоистки. Баба с яйцами и все такое. А тут вон тебе — видео, где я смотрю «Хатико» и реву как ребенок. Где я в трусах и длинной майке, готовлю завтрак и пою в поварешку любимую песню. Заигравшись в певицу, забываю о яичнице, а потом впопыхах пытаясь затушить дымящуюся сковородку, одновременно шваброй сбивая пожарную сигнализацию.
Где сижу в полном одиночестве в парке и просто читаю. И надо было мне в этот день читать именно эту книгу? На видео четко видно обложку книги, по полуобнаженным героям и названию «Я и мой озабоченный отчим» всем сразу стало ясно, что я идиотка и извращенка.
Тяжело вздыхая уже в десятый раз, паркуюсь в многоквартирном районе.
— Ты суши любишь? — Спрашивает Эмма, вынырнув из телефона. Только собираюсь ответить. — А, точно, любишь. Первый подъезд наш. — И снова утыкается в трубку.
ААА… тупой маньячила. Что бы ты на свою нож 50 раз подряд упал!
Быстро выхожу из машины и яростно захлопываю дверь, злая и смущенная стремительно иду к подъезду.
— Мэрри! — Выйдя из машины, кричит Эмма. — Ты Друга забыла.
Резко разворачиваясь на месте, иду забирать собаку. Черт, совершенно забыла, что Друг хоть и не воспылал любовью, но после встречи не отходит от меня ни на шаг и никому не дается. Рычит и убегает.
Открываю багажник, выпуская на свободу «свою» животинку, снова иду к подъезду.
— Ему надо в туалет, а то поверь мне, ничем хорошим это не закончится. — С очень серьезным лицом говорит Эмма. — Бутылки вина нам хватит?
— Две. — Хочу напиться, смотрю на Эмму. — Четыре. — Забыться тоже хочу.
Не выражая отказа, Эмма быстро закончила заказ и хлопнула в ладоши.
— Ну и весело сегодня будет!!!
Я хмыкнула. Согласна. Давненько я не проводила вечера с кем-то, кроме Оливии.
Эмма ржет как лошадь. Встает, снова начинает смеяться и падает на диван. Признаюсь, мне тоже весело. Очень.
Эмма оказывается не разбирается в алкоголе и заказала не вино, а портвейн. Который очень ну очень даже ничего.
Сижу на мягком, пушистом ковре, который еще полчаса назад был белоснежным, но когда мы танцевали, задели и опрокинули на него стол с нашими бокалами. Ну конечно, как без тупых пьяных шуток.
Мы посчитали, что будет забавно разыграть Ричарда, инсценировав свою смерть. Легли на этот ковер, измазались искусственной кровью и поставили штатив.
Я говорила, что Эмма и Оливия — гремучая смесь? Забудьте! Вот он прирожденный дуэт придурков!
Остатком трезвого ума понимаю, что перебор. Как выяснилось, Эмма — младшая сестренка Ричарда и жена его лучшего друга.
Короче, у меня тут семейка Аддамс.
После первой бутылки нас прорвало на разговор. Я призналась Эмме, что фанатка того дела, которое она вела: контрабанда оружия, онлайн-трансляция с признанием от президента.