На экране за ним появились фотографии последней жертвы, а затем – снимки улик.
— В желудке жертвы была найдена флешка с многолетними данными о Мэрри. — Подполковник щёлкнул пультом, и на экране замелькали кадры: личная информация, видео, фотографии – всё это маньяк собирал и хранил годами.
— После осмотра патологоанатома было установлено, что на теле жертвы присутствовали порезы, изображающие саму Мэрри, — говорил Кэйган. На экране появились фотографии этих порезов, изображающих мой силуэт, а также вырезанные иероглифы – признания в любви и желания воссоединиться.
Кэйган сделал паузу, позволяя присутствующим осмыслить увиденное.
— Маньяк явно одержим майором Ларкин. Это его слабое место, и мы должны использовать его. Наш план заключается в следующем: мы будем связываться со всеми мужчинами, которых Мэрри так или иначе обидела за последние семь лет. Если маньяк находится среди них, это вызовет у него эмоциональную реакцию. — Лицо подполковника было серьёзное, но взгляд передавал тревогу. Я видела, как он поглядывал на меня исподтишка и отводил взгляд всякий раз, когда я смотрела в ответ. Он подошёл ближе к экрану, показывая список имён и фотографии. — Мы начнем с этих людей. Важно, чтобы все действия были максимально осторожными и незаметными. Наша цель – вывести маньяка на эмоции, заставить его сделать ошибку. Подполковник сделал шаг назад, скрестив руки на груди. — Каждый из вас получит конкретные задания. — Помощник капитана прошёлся вдоль стола, раздавая каждому папки с заданиями.
— Мы будем работать сообща, каждый шаг будет продуман до мельчайших деталей. Мы не имеем права на ошибку. Мэрри, тебе придётся вспомнить все детали взаимоотношений с этими мужчинами. Я кивнула, мой настрой был решительным.
Несмотря на всё, что я чувствую, нужно довести это дело до конца и остановить наконец этого проклятого монстра. Я понимаю всю серьёзность ситуации и готова сделать всё, чтобы поймать маньяка.
— Запомните, наша цель – обезвредить преступника как можно скорее. От этого зависит жизнь многих людей. Вопросы есть? — закончил Кэйган. Комната погрузилась в напряжённую тишину, и никто не осмелился её нарушить. План был ясен, и каждый знал свою роль.
Я встала и направилась вдоль по коридору. Среди мужчин, которых я обидела, был и Рейнард. Теперь весь отдел знал о наших отношениях. Ну как отношениях, связи.
Долго идти не пришлось, по мере повышения статуса кабинеты приближались к полковнику.
Пройдя несколько дверей, я постучала в дверь.
— Входите, — услышала в ответ. Пару секунд задержалась у двери, набрала в грудь воздух и уверенно зашла внутрь. Рей сидел за столом и что-то делал в своих документах, но стоило ему поднять взгляд на меня, как его глаза потемнели.
— Ничего не хочу слышать, — первое, что он сказал.
— Рей, — на душе было паршиво. — Пожалуйста.
— Нет, Мэрри. Я ничего не хочу слышать, будь добра покинуть кабинет.
Рейя проверяли после третьего убийства. Всех тогда проверяли. Надо было убедиться, что маньяк не находится под носом. Но лично от себя я всё равно хотела извиниться.
Хотела сказать что-то ещё, но, подумав, решила уйти. Я всё равно с ним поговорю, пройдёт время, и он будет готов. Стоило мне развернуться и двинуться к выходу, как прозвучало:
— Чего тебе не хватает? — вскочил Рей. — Да, может, я делаю глупые вещи, но ты ведь даже не захотела меня узнать. Берёшь в внимание только внешние факторы.
Я остановилась, чувствуя, как взгляд прожигает мне спину. Хотела развернуться, но не решалась. Стыдно смотреть ему в глаза. Конечно, я всё знала и понимала. Знала, что и служить его заставляют, знала, что он хотел стать лётчиком, знала, что всю дурость, что он творит, он делает только как протест отцу.
Отец для своего статуса хотел идеального сына. При помощи шантажа заставил поступить в полицейскую академию. Знаю, что несмотря на все выкрутасы Рейя, отец костьми ляжет, но оправдает его. Знаю, что Рей может и не плохой, но дико избалованный и потерянный в душе ребёнок. Собираюсь с силами и разворачиваюсь к нему лицом.
— Рей, тебе всего 36. Конечно, я догадываюсь, что у тебя происходит. Прости, что так поступала с тобой. Признаю честно, мне было наплевать, что ты думаешь и чувствуешь. — Слова даются с трудом.
— Скажи ещё, что дело не во мне, а в тебе. — Сарказм, вижу, как он злится. — Ты права, я знаю, что ты всё понимала, но даже и не подумала о том, что я чувствую к тебе. Просто использовала меня. Знала же, что особенная для меня. — Лицо его осунулось, вид стал очень грустный.