Дверь открылась, и в палату влетел Тэхён. Он казался обеспокоенным, однако, замерев на мгновение на пороге и увидев брата, это состояние исчезло, сменившись на искреннюю радость.
— Хён!
Тэхён в несколько прыжков пересёк палату и оказался рядом с кроватью, чтобы крепко обнять брата и сказать о том, как скучал за время их разлуки. Отдалившийся от Юнги Хосок видел, как тот, положив голову на плечо младшего брата, кусает губы, чтобы не давать волю слезам, и сам еле сдержался, чтобы не расплакаться.
Вслед за Тэхёном вбежала раскрасневшаяся медсестра и с порога пожаловалась:
— Этот негодник сбежал от меня, как только я обработала место укола!
— Ничего страшного, — сказал Юнги.
Его голос звучал невероятно нежно. Отдалившись от Тэхёна, он взлохматил его разноцветные волосы и вдруг щёлкнул по носу, чем вызвал смех со стороны парня.
— Однако ты мог пострадать, потому никогда так больше не делай! — сказал он.
— Хорошо! — смеясь, ответил он, отталкивая руку Юнги.
Тот плавно скользнул взглядом по оголённой руке младшего брата, отметив несколько красных точек, расползающихся, как паутинка, и его взгляд приобрёл более суровое выражение, которое, однако, не заметил Тэхён.
— Ты всё ещё хочешь ходить к психологу? — спросил вдруг Юнги.
— М-м-м… — протянул парень, задумавшись. — Не знаю, а что?
— Думаю, ты достаточно стабилен для того, чтобы взять перерыв, — с грустной полуулыбкой ответил Юнги, обхватив худую кисть Тэхёна и неосознанно поглаживая бархатную кожу большим пальцем.
Для парня это была приятная и важная новость. Гордо выпятив грудь, он сказал:
— Вот увидишь, я скоро пойду на поправку!
— Конечно, — ответил Юнги, и, переведя взгляд на Хосока, добавил: — У меня болит голова.
— Отдыхай, — почти шёпотом ответил тот, обняв Тэхёна за плечи, — пойдём.
Парень не хотел уходить, желая провести больше времени со старшим братом. Но Юнги выглядел так плохо, бледно и нездорово, что даже Тэхён решил, что лучше оставить его одного. Медсестра, наблюдавшая за разговором всё это время, обратила внимание на голую руку Юнги и воскликнула:
— А что с вашим катетером?!
— Неудачно двинул рукой, — вяло отозвался Юнги.
Он принял лежачее положение и устало прикрыл глаза. Хосок заметил, как напряжённо пульсируют верхние веки, и, ведомый чем-то свыше, повёл Тэхёна вон из палаты. Его ноги, доселе подкашивающиеся, теперь вообще были ватными, и он с трудом понимал, как всё ещё держится.
Но и Тэхён, светящийся от счастья при виде Юнги, внезапно потух, как лампочка, которой отключили питание, и молча позволил вывести себя в коридор. Он напряжённо думал о чём-то своём, о чём свидетельствовала вздувавшаяся жилка на лбу, и никак не реагировал на пальцы Хосока, болезненно давящие на чувствительную кожу его плеч.
Медсестра, проводившая их взглядом, закрыла дверь, как только оба оказались за порогом, и обратилась к Юнги:
— Вам нельзя волноваться, поберегите своё здоровье.
В сказанном не было ничего обвиняющего, однако парень всё равно взбесился. Но у него не имелось сил, чтобы подняться и высказать все свои мысли, потому жалобно выдавил из себя:
— Мой брат скоро умрёт, нет никакого смысла беречься.
Медсестра, огорошенная сказанным, замерла, неловко стреляя глазами с Юнги на дверь и обратно. Она работала в другом крыле, контактируя только с онкологическими больными, и не раз сталкивалась с оглашением новости о болезни пациентам. Она, можно сказать, успела привыкнуть к этому и даже считала, что в неумолимом круге жизни кто-то должен умирать раньше, чтобы сохранять баланс Вселенной, потому в последние десять лет реагировала вполне спокойно. Ей приходилось сталкиваться с различными реакциями, но такую она видела впервые. Сам больной упорно делал вид, что ничем не болен, бегал по крылу как умалишённый, в то время как старший брат, попавший с тяжёлыми травмами, был готов хоронить не только больного, но и себя самого.
Что-то неправильное имелось в этом балансе Вселенной, и женщина, смущённая своими мыслями, сказала:
— Я позову Вашу медсестру на замену катетера и оценку текущего состояния.
Однако Юнги никак не отреагировал на сказанное, и женщина, решив больше не лезть в его душу, вышла, тихо прикрыв за собой дверь.
Глава 20. Недостойные