Но вот, в один из дней, нам дали два выходных, которые мы могли потратить только на себя, и я осознал, что мне следует сделать. Раньше я бы непременно отправился в зал, чтобы поработать над плавностью своих движений, но тогда понял, что мне стоит повидаться с Ёнам, тем более, ранее она сама упомянула, что навестит родителей на выходных.
Я отправился к ней без предупреждения. Хотел сделать сюрприз, и был уверен в том, что она обрадуется. По невероятному стечению обстоятельств мне удалось столкнуться с ней прямо перед воротами её дома, она как раз возвращалась, вероятно, из магазина, с пакетами в руках. И я сначала её даже не узнал, ведь она выглядела такой уставшей и отчаявшейся. Длинные чёрные волосы, доселе блестящее в свете солнца, поблёкшими прядями спускались к плечам, еле касаясь их. Они выглядели тонкими, ломкими, и неухоженными.
Она услышала приближающиеся шаги и подняла голову, устремив на меня взгляд пустых, стеклянных глаз. Узнав меня, Ёнам подалась назад, отвернувшись, и спрятала лицо в ладонях, уронив пакеты с содержимым на асфальт.
Я, опешив, не сразу нашёл, что делать. Но тут сознание подтолкнуло меня, и, собрав выкатившиеся продукты, я подошёл к девушке и мягко коснулся её плеч. Мне хотелось поблагодарить её за всё и сделать что-то, чтобы успокоить её, но осознание того, что она больше не принадлежит мне, выбило из колеи.
Я определил это вполне понятным способом.
По её округлившемуся животу.
И в любом другом случае я бы развернулся и ушёл туда, откуда пришёл, занявшись тем, что нравилось больше всего, но девушка, в которую я был влюблён, плакала, а мне было ей так жаль, что я не мог сдвинуться с места.
Наконец, ей удалось успокоиться, и она повернулась ко мне, не поднимая глаз. Мне хотелось спросить, как это произошло, когда и с кем, но я не мог открыть рта, ведь удивление не проходило, стянув все внутренности в тугой узел.
— Я рада, что у тебя всё хорошо, — наконец, сказала она, хлюпнув носом. — И что ты так устроился.
— Ёнам…
Я не понимал, почему всё, на что меня хватило, это на произнесение её имени, но она лишь дёрнула головой, не дав мне закончить, и продолжила:
— Я всё ждала, когда ты освоишься и позвонишь мне, чтобы сказать, что всё хорошо. Это ведь я всё устроила, я сподвигла тебя на то, чтобы согласиться, и ожидала хотя бы благодарности… Но ты исчез. Я постоянно видела тебя по телевизору, такого яркого, блистательного, изменившегося в лучшую сторону, и не понимала, как ты мог забыть того, кто помог тебе достичь всего этого.
Я понимал, что отчасти она права, ведь я в самом деле никогда не звонил ей и даже не отвечал на звонки. Но стоило ли оправдываться своей занятостью? Я думал, что тем самым только сильнее разозлю её, потому молчал, внимательно слушая Ёнам.
— Я до последнего надеялась, что ты вспомнишь обо мне и вернёшься. Родители говорили, что я зря грею себе голову, и стоит начать жить дальше, а я, как дура, садилась у телевизора каждый четверг и ждала этого чёртового шоу, чтобы увидеть тебя. А потом… Это…
Она замолчала, потупив взгляд. Я понял, что она говорила о собственной беременности, но не до конца понимал, где она успела его нагулять, если безутешно ждала моего звонка.
— Я начала общаться с парнем с работы. Ничего такого, обычный флирт, время от времени походы в кино. Я даже и не думала, что это зайдёт так далеко, но однажды он позвал меня к себе. И тогда я подумала, что нет смысла надеяться на твоё возвращение, тебе было хорошо и без меня, куча фанаток могла стать прекрасной заменой. А что оставалось мне? Быть твоей тенью? Мне всегда говорили, что я достойна большего, что я сама могу достичь чего угодно, что такая многогранная личность может найти своё призвание в чём угодно, но я…я всё просрала.
Мне стало жаль её, несмотря на прямое признание в измене. У нас были прекрасные отношения, по крайней мере, я так считал. Мы находили общий языке во всех изучаемых сферах, и прекрасно дополняли друг друга. И до какого-то момента я в самом деле верил, что она дождётся меня и согласится стать моей женой. Но Ёнам решила действовать параллельно с развитием моей карьеры, и посчитала нужным лечь под другого.