Выбрать главу

Мне начало казаться, что от этого вылечиться невозможно, и я отказался от последующих издевательств над Тэхёном. Врачи настояли на посещении психолога, чтобы поддерживать связь моего брата с реальным миром, и мне пришлось дать своё согласие.

Но помимо инфантилизма оставалось кое-что ещё, что было куда страшнее несовместимости сознания Тэ с реальностью. И эту болезнь приходилось гасить дорогущими таблетками, чтобы у брата была хотя бы малейшая возможность выкарабкаться.

Именно она убивала его.

Нам потребовалось около получаса, чтобы добраться до вокзала. Как я и предполагал, там уже собрались остальные, собравшись в узкий тесный круг у одной из широких колонн. Со стороны они выглядели как те парни, которых ты всегда побаиваешься встретить, когда выходишь ночью за очередной порцией алкоголя. Такие могут отнять не только кошелёк, но и жизнь, чтобы развлечься.

Но это вовсе не значило, что эта компания в самом деле была такой, но оказываемое ими впечатление — вполне.

Заметив меня, Намджун приветственно махнул рукой, подзывая нас с Тэхёном. Как я и говорил ранее, он негласно занимал позицию лидера, рассылал всем сообщения о следующей встречи и также в числе первых выдвигал место, в которое мы отправимся. Дело было даже не в том, что Намджун был старше всех. Здесь роль сыграл, скорее, его жизненный опыт. Он лучше других понимал, что такое быть подставленным и покинутым близкими, а потому вызывал сочувствие остальных, вкупе с желанием перенять его опыт и научиться быть готовым ко всему.

Смотря на него, я понимал, что моя зависимость — не самое худшее, что могло произойти.

Намджун дождался, пока мы с Тэхёном подойдём и, отняв сигарету ото рта, спросил:

— Почему так долго?

— Ну ты же знаешь, как собирается наша принцесса, — сказал Хосок и прыснул в кулак.

— Я надеюсь, ты это про Тэхёна, — насупился я и решил сменить тему: — Когда наш поезд?

— Вы как раз вовремя, — Джин сверился с часами и посмотрел вдаль, туда, откуда и должен был приехать наш сегодняшний транспорт.

— Сильно не задерживаемся, — предупредил Намджун, — не хватало ещё, чтобы кого-то вышвырнули раньше положенного.

Все согласно кивнули.

— А ты, Тэхён, не смей ни к кому лезть с разговорами.

— Хорошо, — покладисто ответил Тэ, улыбаясь во все тридцать два зуба.

Намджун нахмурился, не особо доверяя парню. Он прекрасно понимал, чего стоят слова Тэхёна, которые он порой забывает, как только они вылетают из его рта. Однако парень сам предложил брать Тэ с собой, чтобы растормошить и показать, какие крутые чувства можно испытывать помимо одиночества, страха и злобы, которые преследовали его до переезда ко мне. И пусть Тэхён всегда делал вид, что занят своими делами и мирские проблемы его не особо интересуют, в душе он боялся всего и всегда, особенно когда мой отец начал предпринимать попытки выбить из него всю дурь, чтобы превратить в нормального мужчину.

В список крутых чувств входило самое важное, ради которого собралась в кучу добрая половина нашей компании: свобода, к которой каждый из нас стремился всем сердцем, желая избавиться от тяготивших проблем.

Пару лет назад никто и предположить не мог, что Тэхён болен. Мой отец считал, что поведение пасынка обусловлено отсутствием мужского авторитета, которым он порывался стать. Нетрудно предположить, что Тэхён понятия не имел, что от него требуют и почему его взгляд на мир непонятен остальным. Естественно, усилия моего отца не окупились, а потому на смену его упёртости пришла слепая ненависть, которая побудила закрыть Тэхёна в комнате и несколько раз в день подсовывать ему таблетки, чтобы держать в рамках, навязанных обществом. Те самые «лекарства», от которых я позже отказался, превращали его в некое подобие нормального человека, но лишь при первом взгляде. Внутри же они отравляли его, отрицательно влияя на и без того умирающий организм.

Издалека послышался гул, и земля странно завибрировала.

— Идёт! — воскликнул Тэхён.

Намджун, наконец, докурив сигарету, быстрым движением руки потушил её об колонну и выбросил в рядом стоящую мусорку, довольно ухмыльнувшись. Ему доставляло невероятное удовольствие порча различных предметов в общественных местах.