Правда, оставалось ещё кое-что, что продолжало меня волновать, напоминая о себе назойливым посасыванием под ложечкой: деньги, о которых говорили те амбалы, ввалившиеся в коридор и превратившие лицо Юнги в отбивную. Каким образом он успел задолжать им, и о какой сумме шла речь?
Понимая, что это будет странно, но не имея возможности себя удержать, я открыл телефонную книгу и нашёл номер Намджуна. Спустя пару гудков на той стороне послышался недовольный голос:
— Чонгук, когда Джин говорил тебе, что ты можешь позвонить любому, если что-то случится, то он не имел в виду меня.
С моих уст слетел нервный смешок, когда смысл сказанных слов дошёл до моего мозга. Я уже было успел подумать, что он серьёзно, — хотя, может, так оно и было, — и собраться сбросить звонок, как Намджун поинтересовался:
— Так у вас что-то случилось?
— Да… то есть нет… То есть… — я жевал слова, чувствуя себя ужасно неловко. Надо было подумать несколько раз, прежде чем набирать именно этот номер, но мне почему-то показалось, что Намджун более компетентен в интересующем меня вопросе. — Те ребята, что избили Юнги, пришли за какими-то деньгами. Хосок не сказал ничего вразумительного по этому поводу, но я всё-таки решил уточнить… О какой сумме идёт речь?
— Это не твоё дело, — холодно ответил Намджун, — просто занимайся тем, что на тебя возложили.
«Значит, всё серьёзно,» — подумал я и спросил:
— Может, ты скажешь мне хотя бы причину?
— Нет.
Сказал, как отрезал. Мне даже нечего было добавить. И, признаться, столь сухой разговор разочаровал меня. Я уже успел подумать, что эти ребята подпустят меня к себе чуть ближе, чем позволяет уровень отношений «Знакомые», однако у них, по-видимому, было совсем иное мнение на этот счёт. В сложившихся обстоятельствах можно было бы и чуть раздвинуть границы дозволенного, но никто не собирался этим заниматься.
— Слушай, — вдруг сказал Намджун, разрушив молчание между нами, — все на тебя надеются, так что постарайся, хорошо?
— Да, я…
— Ты совсем не знаешь, на что подписался, но я надеюсь, что это не заставит тебя передумать. Сейчас ты нам очень нужен.
Мне показалось, или в его голосе прозвучали горечь и сожаление? Будто бы он в самом деле сочувствовал тому, что я себя в это впутал? Я не знал, как отвечать, но понимал, что Намджун осведомлён явно лучше меня, потому имеет полное право меня жалеть.
— Когда-нибудь ты получишь ответы на свои вопросы, Чонгук, — прозвучало в телефоне, что явно подводило диалог к концу, потому что сейчас никто и ничего не собирался мне объяснять.
Мы попрощались, и Намджун сбросил вызов, оставив меня наедине с огромным количеством вопросов. Тысяча мыслей роилась в моей голове, словно надоедливые мухи, и, отгоняя их от себя подальше, я только глубже увязал в их угнетающем жужжании.
Я не знал, что делать. Если буду сидеть с Тэхёном, как было велено, то разве сумею когда-нибудь перебраться на собственное место жительства? А если и Джем в конце концов согласится принять меня надолго, сколько потребуется, пока в моём кармане появится подходящая сумма? Я был уверен, что нужно начинать сейчас, чтобы потом быть во всеоружии.
Только вот с работой всё было не так гладко. Я прекрасно осознавал, что не могу устроиться на полный рабочий день и оставить Тэхёна в одиночестве. Даже если никто не придёт и не спалит мою пропажу, то останется риск того, что парень сможет себе навредить, находясь наедине со своими демонами. А если у него снова начнётся приступ, то кто выдаст ему таблетки и успокоит? Признаться, мне мало хотелось переживать подобное вновь, но я уже подписался, а, значит, был ответственен. Быть может, я и был конченым ублюдком, готовым на всё, ради создания вокруг себя наиболее комфортных условиях, но сейчас бежать от обещаний казалось самым плохим вариантом. Порой своё самомнение стоит запихать куда подальше, чтобы потратить время на печали других. Я уверен, в будущем мне это воздастся.
А пока следовало бы отложить мысли о работе.
Подумав об этом, я вдруг почувствовал голод, однако, к моему большому сожалению, в холодильнике ничего не оказалось, и это вновь вернуло меня к мыслям о работе. Словно чья-то невидимая рука схватила меня за плечо и дёрнула на себя, усадив на колючий стул суетящихся идей. Словно живые, они шевелились под кожей, проникая в самое нутро моего существа, и пытались убедить меня в правильности внезапно возникшего решения.
Работа. Мне обязательно нужна работа, чтобы иметь возможность не только переехать, но и обеспечивать себя и Тэхёна едой. Мы не можем надеяться на постоянную помощь со стороны, ведь, как известно, у каждого из парней есть свои дела, и в какой-то из дней они могут просто не приехать. Или… Или они всё равно будут выполнять свои обещания и содержать нас обоих?