Эйрин помахала рукой на прощание.
— Я найду тебя, как только освобожусь.
Теперь, когда Грейс осталась одна и перестала привлекать всеобщее внимание, у нее впервые появилась возможность осмотреться. Большой пиршественный зал был убран под зимний лес. С закопченных потолочных балок свисали ветви падуба и лапы хвойных деревьев. Ими же были декорированы стены от основания и выше. Исходящий от них аромат мешался с дымом многочисленных факелов. По углам зала стояли цельные стволы с голыми, обсыпанными чем-то белым сучьями. Общую картину, как бы символизирующую окруженную деревьями поляну, дополняли настенные гобелены с изображениями охотничьих сцен и лесных пейзажей. Краски немного потемнели от времени, но от этого эффект присутствия только усилился.
Лишь один предмет обстановки дисгармонировал с созданной придворными декораторами иллюзией, да и вообще казался здесь совершенно неуместным. У стены близ дверей меж двух деревянных опор параллельно полу было подвешено массивное кольцо из черного камня диаметром в человеческий рост. Заинтересовавшись, Грейс подошла поближе. Материал кольца с виду напоминал обсидиан, но с тем же успехом мог оказаться и металлом. Можно было только гадать, с какой целью установлено в «банкетном» зале это странное сооружение.
Пол устилала свежая солома. Около дюжины длинных столов на козлах тянулись через все помещение, соединяясь под прямым углом с королевским столом, установленным на возвышении в дальнем конце зала. Между столами сновали полчища слуг и лакеев с блюдами и подносами. Пир еще не начался, и приглашенные пока бродили по залу с кубками вина в руках, иногда останавливаясь и вступая в беседы между собой. Как ни странно, обстановка успокаивающе подействовала на Грейс. Если не брать в расчет нелепые средневековые наряды гостей и задрапированные гобеленами голые каменные стены, это сборище мало чем отличалось от ежегодных рождественских вечеринок для персонала в Денверском мемориальном. Да и собравшиеся здесь лорды вряд ли смогли бы переплюнуть в подсиживании и интригах больше некоторых сотрудников госпиталя, особенно из управленческого эшелона.
Первое впечатление не обмануло Грейс: присоединившись к толпе гуляющих по залу гостей, она быстро убедилась в том, что тот же Морти Андервуд, наряди его в средневековый костюм, ботфорты и шляпу с пером, отлично вписался бы в общую атмосферу. Однако Грейс в своих рассуждениях совершенно упустила из виду, что в больнице она занимала лишь одну из низших ступеней в иерархии, будучи скромным врачом отделения экстренной помощи, тогда как здесь, в Кейлавере, выступала в роли владетельной герцогини Беккеттской. Не прошло и минуты, как она почувствовала разницу на собственной шкуре.
— Доброго вечера вашей светлости, — приветствовала ее строгая дама средних лет в красном платье — не ниже графини рангом, судя по богатству наряда. Толстый слой пудры и румян не смог до конца скрыть следы оспин у нее на щеках. — Я вижу, вы предпочитаете являться последней, дабы обратить на себя внимание всех тех, кто пришел вовремя. Что ж, трюк не новый, но всегда действенный.
— Вовсе не трюк, миледи, — покачала головой Грейс. — Вероятно, посланный за мной паж где-то задержался, поэтому я и опоздала.
— В самом деле? — недоверчиво сверкнула глазами дама.
— Прошу прощения, ваша светлость, — прервал диалог молодой человек — эрл или простой рыцарь, исходя из его сравнительно скромного облачения, — не желаете ли чего-нибудь выпить? — Он щелкнул пальцами, подзывая разносящего напитки лакея, и продолжал, лукаво прищурившись: — Вам, наверное, пришлось очень долго добираться до Кейлавера? Или не очень? Если не ошибаюсь, дорога от Беккетта…
— Боюсь, я попала сюда не той дорогой, какую вы имеете в виду, милорд, — сухо сказала Грейс.
Юнец вздрогнул, как от пощечины, втянул голову в плечи и поспешно ретировался, забыв о предложении угостить ее выпивкой. А жаль: стаканчик прохладительного или даже горячительного ей бы сейчас не помешал.
Вместо любопытствующего молодого повесы подступы к Грейс оккупировали сразу несколько других знатных господ. Бореас был прав: одно ее присутствие привлекало людей и развязывало им языки. Задаваемые ими вопросы выглядели внешне невинными, но за каждым крылось жгучее желание узнать, кто она такая, откуда взялась и на что претендует.
К кучке окружающих Грейс лордов и леди приблизился тучный коротышка в несколько легкомысленном костюме золотисто-алых тонов. Должно быть, он был какой-то важной персоной, потому что остальные почтительно расступились, пропуская его. Остановившись перед ней, толстяк отвесил небрежный полупоклон, хотя подобное проявление невежливости объяснялось, вполне возможно, скорее чрезмерной объемистостью чрева, нежели недостатком галантности, и представился: