Наверно так простояли они не меньше с десяти минут, может и больше. Пока у стенки округлой ямы не стали появляться новые, пусть и тусклые, краски. Чернота сходила, на смену являя яркий зеленый - пушистой шерсти. Существо так напугавшее всех становилось видимым и имело форму утки. Правда голова его далека была от птичьей и шея короче, да и объемы упитанней. Но это не мешало новому виду, что впервые видели со дня их пришествия, двигаться плавно, почти обтекая края ямы и бесшумно. Этот зверек с большими глазами и круглой головой смотрел на них с опаской и немного затравленно. Короткие пухлые лапки еле касались земли, отчего создавалось впечатление, что он немного парил. Или в этой яме трудно было что рассмотреть? Но самое удивительное шерсть животного теперь светилась, а мрачность места, куда они попали, рассеял приятный зеленый отсвет. Это было так удивительно и красиво. А потом случилось еще неожиданное. Нос этого зверька вдруг отделился и потянулся к Корну. Он словно длинный хоботок ощупывал воздух возле него, производя странный стрекот. И нельзя было понять нравится ему сейчас что-то или нет. Донник по-прежнему не шевелился.
- Корн, похоже ты ему понравился. – Услышали все замечание Майлза.
Тот не отрывно наблюдал за небольшим созданием с научной точки зрения.
- Этот вид не подражаем, я ничего подобного не видел!
- Майлз, мы все «ничего подобного не видели». – Скоментировала Лика. – Ты лучше скажи, чего ожидать от этой няшности?
Слово «няшность» сюда действительно подходило. Особенно после того, как нос-хоботок был убран, а зверек вдруг что-то проурчал и осел на землю доверчиво глядя в глаза Корна. Складывалось впечатление, что он преклонялся перед этим большим пришельцем и чего-то ждал. Но Донник по-прежнему не двигался. Даже звуков не издавал. Он там умер что ли? Или в изваяние превратился?
- Донник отомри уже наконец, - не выдержал шеф. – Ему что-то от тебя нужно, можешь уже как-то среагировать? Очевидно же, что он к тебе благосклонен.
Это очевидно стало, потому что Майлза, что двинулся в его сторону, он не подпустил, тут же ощетинившись и выпустив островатые зубки. А мордаха из няшности превратилась в безумную.
- Ну, не знаю погладь его что ли, подойди.
Донник медленно повернул голову назад и во взгляде все прочитали, что безумен сейчас не тот кто недовольно склабился в их сторону, а те кто позади него. Они действительно полагали, что он – Корн Донник, добровольно подойдет к этой живой непознанной живности и погладит? Но в доказательство его мыслям, все как по команде одобрительно закивали ему на слова Муки.
- Донник, жизнь или смерть? Сейчас все на карте. Подойди уже к нему, приласкай, прибаю... – Лика не успела договорить, как ее полоснули убийственным взглядом. Отчего она поперхнулась, но все же закончила свою фразу, - ..кай.
Пушистик тем временем так и не дождавшись от своего «хозяина» никаких действий, сам предпринял поползновения в его сторону. А именно как-то игриво и по очередно захлопал лапами по земле, а потом почти не разгибая лап от земли и не поднимаясь, пополз по направлению к нему. Чем не шуточно заволновал Корна.
- Я сейчас умру, если эта зеленая тварь приблизится. – Немного истерично прошептал Донник цепляясь за края ямы и сминая в кулак податливую почву. При этом он неотрывно наблюдал за действиями «по любившего» его зверя.
Ноги приросли, будто пустили могучие корни, а ошалевший взгляд уже наблюдал, как неведомое создание поднялось и подошло вплотную, водя носом уже не по воздуху, а по ногам, что оголены были до самых колен. Шершавый язык по коже показался бритвой, которой срезали тонкую ткань живьем. Нервы Донника не выдержали и он взвился, подпрыгнув на месте, уцепившись в прыжке за какой-то мелкий, но крепкий корень в стене ямы, да так там и повис, тяжело дыша и косясь вниз. На него смотрели с недоумением. Даже виновник ласк с обидой уперся взглядом ему в спину. А свет излучаемый шерстью поугас.
Инстинкт самосохранения у Донника просто зашкаливал.
- Боже, Донник, как ты мог оставить здесь внизу двух женщин, на съедение этому..? – Едкий голос Лики затих, как только чья-то рука зажала ей рот, а горячий шепот опалил ухо.
- Не стоит глумиться.
Она попыталась вырваться, но ее удержали. Уже второй раз за время их глупого заточения она побывала в объятиях Майлза. Это становится незавидным постоянством. Но почему-то в этот раз ощутить, пусть и за своей спиной, крепкую и надежную грудь, было приятно. Как ни странно, это осознавать, но Рейли почувствовала вдруг некую защиту. Поэтому попыток вырваться больше не последовало, а Майлз и не спешил пока отпускать, впрочем руки своей от ее губ он то же еще не убрал.