Ризан видя беспокойство своей жены, спокойно попросил.
- Сапфир, невежливо так пристально смотреть на гостей. - Он с недовольством посмотрел на своего советника, от чего улыбка у той приугасла, она выпрямилась и теперь смотрела прямо перед собой.
Мелисса от чего то не сразу узнала в этой девушке вчерашнюю гостью. Она все еще была слишком бледной и немного пугающей, но звериных черт теперь не было. Вчера Мелисса не заметила, насколько красива Сапфир: белые длинные волосы были распущены и напоминали шелк, кончики волос были бардовые, лицо правильным и не таким резким, как вчера. На пухлых губах все еще гуляла полуулыбка, но в ярких и таких необычных глазах читалась усталость. Руки с тонкими запястьями, изящными кистями и длинными пальцами с черными острыми ногтями лежали неподвижно на столе, даже не притронувшись к столовым приборам. Будто кукла, которую посадили за стол. Мелисса удивилась такому различию между сегодняшней и вчерашней Сапфир. Она могла поклясться, что вчера Сапфир выглядела иначе.
Снова переведя взгляд на своего брата, она пыталась привлечь его внимание к себе, но он, словно приклеенный, не сводил ярких янтарных глаз с Сапфир. Сначала Мелисса подумала, что он очарован, но вскоре поняла, что Феликса обуревают далеко не теплые чувства. И вовсе не засмотрелся на Сапфир, а наверняка думает, как свернуть ей шею так, чтобы нас не поперли из этого мира. Взгляд Феликса такой с тех пор, как они вместе с Сапфир зашли в столовую. Сама Сапфир на его взгляд отвечала красноречивой улыбкой, которая означала "давай-давай, злись, повесели меня". И Мелиссе почему то казалось, что Сапфир хотела, чтобы Фэл это понял. И он понял. Глаза стали темнее , волосы цвета ржавчины будто немного вздыбились и челка упала на лицо, закрывая Мелиссе обзор. Воздух вокруг сгущался, становилось труднее дышать. Сапфир с еще большим интересом начала пялиться на Феликса, будто его магия ее совершенно не касалась. Этого Ризан стерпеть не мог. Зеленые глаза Императора загорелись ярче, брови сдвинулись к переносице и обычно мягкий голос проскрежетал.
- Я не потерплю применение магии в стенах этого замка. Феликс, прошу держать вас в руках. Хоть ты и мой гость, но если не сможешь контролировать свои эмоции, мне придется тебя изолировать.
Феликс, будто очнувшись, быстро взял эмоции под контроль и сел прямо. Его явно взбесило порицание со стороны Ризана, который имел с ним одинаковый статус, но понимал, что допустил ошибку.
- Больше такого не повторится. - Рыкнул брат Мелиссы, после чего опять бросил взгляд на Сапфир и приступил к завтраку.
Ризан повернул голову к Сапфир.
- Ты выполнила мой приказ?
Сапфир плавно повернулась и впервые за утро Мелисса услышала ее мягкий грудной голос.
- Да. На границах вся нечисть зачищена и фейри опять загнаны в леса. Народу ничего не угрожает. Я оставила Либа еще на пару дней на случай, если нелюди опять сунутся за границу. Скоро и он должен вернутся. - Пропела девушка. Снова полуулыбка заиграла на губах Сапфир. Мелиссе кажется, что она и вовсе никогда не покидает ее лицо.
- Еще и Либаавиля мне здесь не хватало для полного зверинца. - пробормотал Ризан.
Сапфир, так и не притронувшись к завтраку, поднялась со стула. В этом мире главенствовали технологии, но при этом осталась и часть традиций, архитектуры и других вещей, приближенных к культуре мира Мелиссы. Для нее это все было в новинку, а иногда и дико. Вот и сейчас она отметила, насколько у Сапфир странный стиль одежды: облегающие темные брюки, высокие кожаные сапоги, белая блузка и пиджак, накинутый на плечи. Даже в этом мире девушки в большинстве своем ходят в платьях, лишь во время длительных поездок надевая брюки, но Сапфир это, видимо, мало волновало.
Ризан посмотрел на нетронутую тарелку своей подчиненной и с беспокойством спросил.
- Почему ты не поела?
- Не голодна. Вспомнила про одно незаконченное дело. Встретимся вечером. Возможно. - Голос Сапфир внезапно похолодел и она быстрым шагом вышла из столовой. Про себя Мелисса отметила ее осанку и бесшумную походку, догадываясь, что Сапфир наверняка вырабатывала это очень долго и, скорее всего, служила в армии. Это для нее тоже было дикостью, но Ризан рассказывал, что и такое бывает.
После ее ухода Ризан и Феликс заговорили о политике, Мелисса же тихо спросила у Миши.