— И в родном городе тоже, – продолжает издеваться Робинсон, на что получает звонкий удар по ноге, из-за чего по телу проходит неприятная дрожь. Она явно не рассчитала свой удар — Ай!
— Прости, прости. — самой главной отличительной чертой Алексы была тяга постоянно извиняться, даже в том случае, если это было ненужным.
Девушки улыбаются друг другу, а затем встают со своим мест, собираясь двигаться по построенному маршруту. Когда центр города остался позади и начался частный сектор было уже темно, а бледно-сиреневый свет луны освещал дорогу, пока девушки, медленно перебирая ногами, направлялись к их новому месту жительства.
Подойдя к дому и аккуратно открыв дверь, подруги входят в темное подпространство, которые приглушенно освещено одиноким светильником на кухне.
— Вы хоть знаете который час? – раздаётся женский голос где-то спереди.
— Господи, – вскрикивает Ви, повернув голову к источнику звука. В дверном проходе можно было разглядеть силуэт миссис Робинсон, облокотившуюся о косяк проёма; она нетерпеливо скрещивает руки на груди, ожидая ответа на вопрос, который так и не услышала. — Как у вас это получается, подкрадываться так незаметно?
— Не заставляйте меня повторять свой вопрос, – игнорирует ранее сказанные слова Ирэн. — Что с вашими телефонами?
Подруги переглядываются и одновременно тянутся к задним карманам штанов, чтобы достать свои гаджеты.
— Мой разрядился, – коротко отвечает Викки, снова засовывая его в отверстие.
— А я забыла отключить беззвучный режим, – проговаривает Лекс, поднимая взгляд на свою псевдо-мачеху.
— Могли бы предупредить, что задержитесь, – отвечает блондинка, облегченно вздохнув. — Я себе места не находила.
— Ты почему не спишь?
— Почему я не сплю?! – переспрашивает женщина, повысив голос. — Да потому что я вас, гулён, ждала, а если вы всё-таки разбудите отца, он точно посадит тебя на домашний арест, Ви, как и обещал в прошлом месяце.
Подруги снимают обувь, решив никак не комментировать фразу женщины, которая продолжала причитать. Подростки переглядываются в недоумении, не зная, стоит ли что-то ответить на это или лучше промолчать.
— Какого чёрта здесь происходит?! – хриплый мужской голос заставляет всех присутствующих в прихожей, обратить на него внимание. Завернувшись в махровый халат чёрного цвета, мистер Робинсон, потирая веки ровняется со своей супругой. — Ты... Вы только вернулись домой?
— Скорее наоборот, только собираемся уходить, – иронизирует Викки, а затем продолжает, наблюдая суровое выражение лица мужчины и холодный блеск его голубых глаз. — Шутка.
— Твоя язвительность начинает выходить за рамки позволенного Викки, – Райан скрещивает руки на груди, переводя взгляд с одной дочери на другу. — Мало того, что ты в очередной раз никого не поставила в известность, так ещё и решила втянуть во всю эту авантюру мою дочь.
— Но ведь мы опоздали всего на несколько минут и... – пытается сгладить острые углы Мэйсон, но не успевает закончить фразу.
— Я не хочу ничего слышать, Алекса! – повысив тон, заключает мистер Робинсон, указав жестом в сторону лестницы. — Поговорим об этом завтра.
— Незачем так кричать, Райан, – произносит Ирэн, привлекая внимание своего супруга. — Возвращайся в спальню, завтра рано вставать.
— Неужели ты не находишь всё это странным?!
— Не знаю, погода меняется. Может давление, – блондинка аккуратно разводит руками, улыбаясь, словно это должно было стать ответом на его вопрос. — Идите спать.
Ещё поднимаясь по лестнице, девушки могли услышать обрывки разговора, доносящихся из-за плотно закрытых дверей спальни псевдо-родителей.
Подруги неторопливо расходятся по своим новым комнатам, задумавшись о своём. Открыв дверцы шкафчиков, Викки и Лекс изучают содержимое своих гардеробов, предварительно подобрав то, что каждой приходится по душе.
Робинсон первым делом усаживается на край кровати, предварительно поставив разрядившейся девайс на зарядку и окидывает быстрым взглядом пределы своей новой комнаты; Мэйсон же, закончив с примеркой спального комплекта, состоящего из клетчатых штанов с заниженной талией и слишком свободной футболки белого цвета, выдыхает часть углекислого газа и, взяв в руки небольшую чёрную сумку, направляется к выходу из комнаты.
— Ты не будешь против, если сегодня я посплю с тобой? – задаёт вопрос блондинка, переступив порог комнаты. — Мне крайне не импонирует данное распределение по комнатам, зная, что на первом этаже совершенно чужие нам люди.
Однако это было правдой. Казалось, что с каждой секундой серые стены давили всё сильнее, не оставляя в помещении воздуха, но непременно создавая чувство некой безопасности.