— Как долго мне ещё их звать?! – испустив томный вздох, задаёт вопрос Ирэн, развязывая тугой узел фартука на пояснице.
— Сомневаюсь, что они выспалась после вчерашнего, потому что их крики слышали все соседи, – хрипловатый смешок срывается с губ Райана, когда тот поправляет черные манжеты на своей рубашке.
— Сил моих больше нет. Восемь лет живут под одной крышей, а так и не могут найти общий язык друг с другом, – блондинка устало надавливает на переносицу средним пальцем, тяжело выдохнув. — Когда это все закончится?!
— Наверное, никогда.
Получив не совсем тот ответ, который она ожидала, женщина спускает фартук и откидывает его на кожаный диван. Продолжая подниматься на второй этаж, Ирэн останавливается около первой двери, с силой постучав по ней.
— Не заставляй меня заходить к тебе в комнату, Викки!
Пройдя дальше, женщина несколько раз стучит по двери и надавливает на металлическую ручку, пропускающую её в большую светлую комнату. Сплошные голые белые стены выглядели педантично и скучновато, но это вполне устаивало хозяйку данных апартаментов; посередине располагается двуспальная кровать из белого дерева, правее большой книжный шкаф и кофейный пуфик с пледом – правее около большого письменного стола стоит Алекса, держа в руках рамку с фотографией.
Разглядывая фоторамку, сердце девушки отчаянно колотится – ноги и мышцы рук словно становятся ватными – а в висках стучит кровь. Складывается впечатление, что липкое чувство страха расползается по комнате, заполонив её полностью и только необъяснимое, смутное чувство тревоги нарастает с каждой секундой.
На фотографии отчётливо виднеется её лучшая подруга, на плечо которой незнакомая женщина положила свою ладонь, а сама блондинка сидела подальше с каким-то мужчиной в строгом костюме. Сама фотография не располагает к себе своей угрюмостью, напряжением и плохо скрываемой неприязнью; даже фальшивые улыбки, застывшие на устах четверых членов семьи, не могут вызвать иных эмоций. Множество вопросов нарочито лезут в голову, взывая странные эмоции, но Мэйсон оттесняет их на задний план, чтобы не упустить ничего действительно важного. Как это возможно, и кто эти девушки как две капли воды похожие на них?
— Какого чёрта... – проговаривает Лекс, продолжая всматриваться в лица двух девушек с похожими чертами лиц.
— Хоть одна из вас проснулась, – Ирэн усмехается, непринуждённо облокотившись на дверь, заставляя падчерицу замереть в замешательстве. — А то я уже думала, что нам с Райаном придётся учиться за вас.
— Вы кто? – пропустив прошлую фразу незнакомки, интересуется девушка, поставив рамку на своё законное место.
— И тебе доброе утро, Алекса, – стараясь не терять былого энтузиазма, продолжает миссис Робинсон. — Опять на «вы»... Тебе самой не надоело?
Получив в ответ очередное молчание, коим всегда одаривала девушка свою мачеху, взгляд Ирэн начинает бегать по просторной комнате, задерживаясь на подоконнике с различными соцветиями. Сделав несколько шагов в сторону широкого окна, и поровнявшими с падчерицей, Лекс с опаской вытягивает две руки перед собой, не желая сокращать дистанцию с незнакомкой.
— Не подходите! – несколько повысив голос, проговаривает блондинка, наблюдая за дальнейшими движениями женщины.
Отстраненному поведению Алексы не приходится удивляться, ведь подобные стычки происходят чуть ли не каждый день. Ирэн ежедневно старалась наладить отношения с девушкой, которая всячески отталкивала все попытки мачехи, предпочитая держаться на расстоянии.
— Может расскажешь, что стало причиной вашего очередного конфликта? – интересуется миссис Робинсон одним легким движением руки пропуская в помещении солнечные лучи, одёрнув кофейную занавеску в сторону.
Вопрос женщины ставит девушку в тупик. Отвечать на вопрос, содержание которого явно не понимаешь, конечно, безнадежно; именно поэтому блондинка хмурится и начинает массировать виски средними пальцами, желая воссоздать полную картину произошедшего. Многие события вчерашнего вечера словно в тумане, но некоторые обрывки всё-таки остались в памяти.
— Понятно, не скажешь, – коротко отвечает женщина, возвращая свой взгляд к девушке.
— Где Ви?
— Так... с меня хватит, – ангельское терпение Ирэн иссякает, из-за чего она легонько бьёт кулаком о подоконник, покачивая головой. — Я не знаю, что могло произойти за такой короткий срок, но это начинает действовать мне на нервы.