- Нам нужно выдвигаться, мы должны до темноты дойти до места, где сможем остаться на ночь, - Глеб протянул мне руку и я встала, но тут же забрала свою ладонь из его.
Мы шли игнорируя тропы, которые иногда встречались. Иногда приходилось перелезать через огромные поваленные деревья. В этих случаях, я принимала помощь.
Странным было то, что по пути мы не встречали животных и птиц. Лес казался совершенно необитаемый, мёртвым.
Пару раз мы останавливались отдохнуть, Глеб был молчалив и я не горела желанием разговаривать. Я была вынуждена сейчас находиться здесь, по его прихоти, по его глупости. Как можно было так ошибиться? Может это умелая игра?
Я устала, руки были в царапинах. В волосах листва. А Глеб прёт, как танк. Ничего не замечает. Вот так мне и прилетело веткой по лицу.
- Ай! – я вскрикнула и отступила назад.
Глеб обернулся и подошел ко мне, аккуратно убрал мою руку от лица, покачал головой и принялся копаться в мешке.
- Нужно обработать, - достал флакончик с тёмной жидкостью и смочил содержимым кусок марли.
Аккуратно протёр царапины на моем лице, осмотрел руки.
- Если бы ты не бежал с такой скоростью, то я могла бы выглядеть нормально, - убрала его руки от себя. – Я не привыкла к таким путешествиям, куда мы так бежим? Я даже на день не выбралась на дикую природу, мой максимум, это шашлык на даче или у пруда.
- Если мы не будем бежать сейчас, то с наступлением темноты можно просто оставаться на месте и ждать кто первый доберётся до тебя, - сквозь зубы процедил мужчина.
- А сейчас до нас никто не доберётся? – недоверчиво посмотрела на Глеба.
- Нет, сейчас никто нас не тронет, - Глеб ещё раз осмотрел мою щеку. – Это ночной лес, здесь все и вся оживает с приходом темноты, - он сложил все обратно в мешок и протянул мне руку. – Нам нужно двигаться, осталось совсем немного, мы должны успеть.
Я схватила его за руку и мы быстро пошли вперед. Я старалась не отставать. Не хотела верить на слово, но и проверять смелости не хватало.
Ещё около часа мы шли сквозь почти непролазный лес. Я старалась держаться. Наконец мы подошли к гигантскому дереву. Хотя, даже это слово не передаёт всю ещё мощь.
- Мы пришли, - Глеб внимательно осмотрел местность.
Отпустил мою руку и подошёл к дереву. Начал вырезать ножом непонятные символы на коре гиганта.
- Ему нужна кровь, - протянул свою руку, ожидая что я вложу туда свою. Закатил глаза и порезал свою ладонь, приложил к своему «творчеству». – Это плата взымается с каждого, у тебя есть пара минут, потом только я смогу войти.
Я медлила, ведь время у меня есть. Это же больно. Не дожидаясь моего ответа, Глкб просто схватил меня за руку, сделал порез и приложил к символам.
- Что ты делаешь? – отскочила и прижал руку к груди.
С моей ладони стекла струйка крови к локтю. Глеб сжал челюсти и потащил меня в образовавшийся проход.
10 Глеб
Затолкал Милу в убежище, не хватало ещё остаться на ночь в этом лесу. Без своих сил я не протяну там и пары часов, а ещё за ней нужно присматривать.
Толкаю к стене и хватаю за горло.
- Я разве плохо объяснил? – чуть сильней сжимаю. – Я говорю и ты делаешь.
Что-то хрипит мне в ответ, краснеет, пытается убрать мою руку со своей шеи. Немного разжимаю пальцы, мне она нужна живой.
- Ещё раз повторяю. Если я сказал что-то сделать, то ты делаешь, - смотрю Милане в глаза, вижу как в них начинает скапливаться влага. Ещё немного и солёные дорожки побегут по щекам.
Убираю руку, Милана падает на колени, её плечи дрожат. Беззвучно плачет. Я не двигаюсь с места.
- Поднимись на второй этаж, слева будет комната. Рядом душ, он немного лучше чем у Прохора, более привычный для тебя, - не знаю почему, но хочу чтобы ей было комфортно. – Мне нужно сделать кое что, вернусь и пойдём ужинать, - ухожу в сторону большой комнаты.
В это убежище можно попасть, если в тебе есть магическая кровь. Здесь есть все что необходимо и запасы никогда не заканчиваются. В уплату Дерево берет то, что делает его бессмертным – кровь магических путников. А других здесь и не бывает. Пройти весь лес за одну ночь невозможно, гости здесь бывают часто.
В эту ночь больше никто не сможет попасть сюда, но обитатели Ночного леса приносят часть своей добычи в дар старому Дереву , так что оно всегда получает свое.