– Я уйду, но перед этим ответь мне всего на один вопрос, Лиам. Все, что было между нами – ложь? Забота, помощь, моменты вместе? Ты делал это лишь потому, что пытался удержать меня?
Если бы я знал, котенок…
– Лиам? – тихо позвала она.
Я повернулся к Мии и увидел глаза, перевернувшие буквально все в моем сознании.
В этих искренних и чистых глазах был скрыт весь смысл. Только они испытывали ко мне теплые и искренние чувства. Только им я нужен был просто потому, что живу на этом свете, а не по каким-то другим причинам. Только они могли осветить мою черную душу.
Посмотрев в них первый раз, я хотел сломать их, сделать больно, но спустя время эти глаза стали для меня единственным лучиком света в кромешной тьме, в которой я жил все свои тридцать лет.
Я убеждал себя, что у нас нет шанса, что это всего лишь желание обладать и подавлять, но каждый раз видя это наивное, в какой-то степени детское личико, ее искренность, мне хотелось большего.
– Что же ты делаешь со мной, котенок? – спросил я, уткнувшись губами к ее лбу.
Я больше не мог сдерживаться. Ее запах был сильнее любого наркотика, и, опьяненный, я поцеловал своего котенка.
В моей жизни было много девушек. Практически каждую ночь в постели оказывалась новая пассия, и я даже не утруждался запоминать имена, но ее губы… Эти губы были самыми красивыми и нежными. Я потерялся в омуте, не осознавая, какие могут быть последствия.
Ее тело, запах сводили с ума. Мне хотелось защитить ее от всего мира. Хотелось, чтобы она принадлежала только мне. Первый во всем.
Нет! Этому не суждено было сбыться. Я поклялся, что никогда не влипну в дерьмо под названием "Любовь". Поклялся, что надежно закрою свое сердце и когда-нибудь забуду о его существовании.
– Нет, Мия… – тяжело прошептал я, отступая от ее нежных губ.
– Что нет? Я что-то сделала не так?
Да. Ты напомнила мне о том, что мое сердце бьется.
– Котенок, я не хочу делать тебе больно, но ты должна понять, что у нас нет шанса. Я монстр, который не знает, что такое любовь. Мне суждено лишь внушать страх, пытать и убивать.
Ее глаза наполнились слезами.
– У нашей истории не будет счастливого конца. Все закончится тем, что я приставлю ствол к твоему сердцу и разорву его на миллионы мелких кусочков, – сказал я, тяжело дыша.
Это была самая настоящая правда. Я гребаный убийца, от рук которого она рано или поздно пострадает. Сердце этого маленького котенка будет разбито.
Внезапно Мия спрыгнула со стола и подбежала ко мне, обхватив своими маленькими ладошками мое лицо.
– Может, ты и прав, но между нами уже что-то есть, Лиам! Ты можешь отрицать это, пытаться убежать, но зачем, если все взаимно?
Что взаимно? Любовь? А если я не уверен, что это именно она?
Блять!
– Мы все сможем, слышишь? Нас двое. Нас ты и я, Лиам.
– Я бы хотел ответить тебе взаимностью, но боль – это все, что я могу предложить тебе, Мия.
– Нет! Все то время, что мы вместе, ты даришь мне заботу и поддержку. Это все очень неожиданно, я понимаю. Но, может, стоит хотя бы попробовать? Ты никогда не испытывал таких чувств, так зачем сразу отвергать их? Разреши себе полюбить. Разреши мне полюбить тебя…
Боль. Боль. Боль.
Ты можешь дать ей только боль.
– Неужели ты сможешь вот так просто отпустить меня после всего, что случилось? Сможешь жить, зная, что я лежу в объятиях другого мужчины?
От этих слов мое тело моментально напряглось. Может, я и не любил ее, но одна мысль о том, что какой-то мудак будет касаться моего котенка, заставляла кулаки сжиматься.
Она принадлежит мне. Ее тело принадлежит мне. Душа принадлежит мне. Мия принадлежит мне!
– Видишь… Если бы ты правда был бесчувственным, мои слова бы не задели тебя, – не унималась она.
Ты спутала все карты, котенок. С тобой я впервые почувствовал, что в моей душе есть место не только для гнева и злости. Ты взяла мою черную душу своими светлыми ручками и сказала, что больше никогда не отпустишь.
Неожиданная встреча
Во время вынужденной командировки в Нью-Йорке я потерял практически половину своего отряда, сражаясь с Томасом Ноланом. Мы долго и усердно пытались вычислить места сбора мафии и, в конце концов, у нас получилось, но цена была очень высока.
Моя цель была поставлена в самом начале игры – привезти голову Нолана в Чикаго, и я был очень близок к тому, чтобы снести его ебучую башку, но в последний момент эта трусливая сука сбежала прямо у меня из-под рук, чему я был несказанно "рад".
Что это, блять, за лидер, который бежит, оставляя своих людей на поле резни?