- Поняла хоть что-нибудь? – Выдернул меня из задумчивости Антон.
- Только то, что ты был прав. Здесь что-то не чисто. Элленор почувствовал грозящую Андрею опасность, и всеми силами пытается ее ликвидировать или, хотя бы, не допустить необратимых последствий. Мне нельзя его снимать. Хотя, он и так не снимается, - пробурчала я. – Куда теперь?
- Теперь в «Приют волшебника». Это тот постоялый двор, на котором мы все обычно останавливаемся, если решаем задержаться за Гранью. Андрей и Мила наверняка сейчас там. Кстати, хозяин из наших, так что при нем можно не шифроваться.
- Даже не знаю, хорошо это, или плохо… - протянула я и снова погрузилась в свои мысли.
«Приют волшебника» оказался довольно большим постоялым двором. Огромное двухэтажное здание, на первом этаже которого располагались обеденный зал с камином, кухня и кладовые, а на втором, соответственно, жилые комнаты. Хозяин, молодой еще мужчина крепкого телосложения, приветливо помахал рукой Антону.
- Гектор, - Антон махнул ему в ответ.
- Тоха, дружище! Сто лет тебя не видел! – Он решил не ограничиваться приветственными взмахами и ринулся обниматься, после чего обратил внимание и на меня. – А что это за куколка с тобой? Подружка?
Гектор плутовато подмигнул ему, а потом начал с интересом разглядывать меня. Я фыркнула и переплела руки на груди.
- Подруга. Мы ищем Милу и Андрея. Они здесь?
- Ага. Здесь, - как-то посмурнел и растерялся Гектор. – Она сказала, что вы разошлись и у нее теперь есть жених.
- Не мы разошлись, а она со мной разошлась. Да и хрен с ней. Нам нужно поговорить с Андреем. Где он сейчас?
- Они у себя в комнате, но просили не беспокоить.
- Плевать на то, что они просили, - влезла в разговор я. – Куда идти?
- Но ведь они же… - напоровшись на мой колючий, не предвещающий ничего хорошего, взгляд, Гектор сдался. – Второй этаж, третья комната справа. Но, если что, я вас предупреждал.
Я взлетела по лестнице, слыша за спиной не менее стремительную поступь Антона. Первая дверь, вторая, третья. Толкнула створку. Не заперто. Дверь бесшумно распахнулась, и у меня перехватило дыхание от открывшейся моим глазам картины.
Единственная большая кровать стояла боком к дверному проему, и находящиеся на ней люди совершенно не обращали внимания на происходящее вокруг. Андрей лежал на спине. Голый. Такая же голая Мила… кхм… находилась на нем, с вполне понятной целью. Соответствующее звуковое сопровождение, до этого заглушаемое толстой дубовой дверью, больно ударило по ушам. Я верила. Я надеялась. До последнего надеялась, что все слышимое мной до этого какая-то глупая ошибка. Что люди просто перепутали. На глаза опустилась красная пелена ярости. Все происходило как в замедленной съемке. Я подошла, как и прежде, совершенно незамечаемая этими двумя, к кровати, по пути захватив наполненный кувшин, и… Нет, не разбила его о голову Милы, хотя, признаюсь, очень хотелось. Я занесла кувшин над ее головой, и в это же время меня заметил Андрей. Его глаза расширились, он хотел что-то сказать, но не успел. Содержимое кувшина, по-моему, это был какой-то сок, полилось на голову той, что сейчас кувыркалась в постели с МОИМ мужчиной.
Мила взвизгнула, и скатилась с кровати на пол, попутно пытаясь натянуть на себя простынь и хоть как-то прикрыться. С черных как смоль, гладких волос, ручейками стекало вино, ранее принятое мною за сок. Увидев меня с кувшином в руках, а так же угрожающе сопящего за моей спиной Антона, она еще раз взвизгнула, и, проорав: «Истеричка!» - скрылась за дверью, ведущей, по всей видимости, в ванную комнату.
Я перевела взгляд на Андрея. Он все так же лежал на спине, чуть приподнявшись на локтях.
- Ты, - наконец заговорил он. И было в этом слове, в голосе, какое-то презрение, неприязнь, возможно, даже, ненависть.
- Я! Не ожидал? – Схлынувшая было ярость снова начала застилать глаза.
- Нет, - все тот же металл в голосе. – Не думал, что у вас обоих хватит наглости явиться, да еще и обломать мне отдых. Ну ладно еще у моего, так называемого, друга, есть резон во всем происходящем… Но тебе-то от этого какая выгода? Чем он тебя уговорил? Заплатил? Или захотелось приобщиться к миру магии? Так от того, что я тебя трахну, колдуньей ты не станешь. Дар – не триппер, половым путем не передается. Ну, так зачем?