Она потерлась о его плечо щекой и прижалась как можно плотнее
- Да, ты права, - проговорил Андрей, обнимая девушку. – Главное, что мы вместе и нам ничего не страшно.
24
ГЛАВА 24
Слез не было. Совсем не было. Только в горле засел ворочающийся еж, не дающий нормально вдохнуть. Казалось, что вот-вот болезненные спазмы прекратятся, и из глаз прольется так необходимая сейчас влага. Но проходили минуты, а заплакать так и не получалось. Только царапающий горло комок и разливающаяся в душе пустота, покрывающая сердце утолщающейся с каждой минутой коркой льда.
- Антон, - я посмотрела на вошедшего в комнату молодого человека. – Верни меня домой.
- Вер, мы не можем сейчас уйти.
- Не можем? Не можем?! НЕ МОЖЕМ?! – Я начала кричать и чуть не закашлялась. – Светлов, очнись! Все! В чем ты еще собрался разбираться? Какие еще доказательства тебе нужны? Тебе не достаточно было видеть свою невесту галопирующей на моем женихе?! Так иди, полюбуйся еще раз! Уверена, они с удовольствием вернулись к прерванному занятию!
Я орала, не обращая внимания на боль в горле. Меня несло по кочкам как старый тарантас с отказавшими тормозами. И с каждой выкрикнутой фразой, с каждым словом все больше и больше росла пустота где-то там, внутри. В себя я пришла от того, что Антон, видимо, устав наблюдать мою истерику, плеснул мне в лицо полную кружку воды. Я заткнулась на полуслове, да так и осталась стоять, беззвучно хватая ртом воздух.
- А теперь послушай меня, - он со стуком поставил кружку на стол. – Мы не можем сейчас вернуться. И не из-за того, что я в чем-то там еще не разобрался. Я видел достаточно, спасибо. Путь пропал. Переход не сработает.
- Какой еще путь?
- Ну, это, как бы ниточка, связывающая нас с нашим миром. Артефакт ее активирует и превращает в ворота. Так вот, эта ниточка исчезла. Мы отрезаны, понимаешь. Придется задержаться здесь.
- Надолго? – От прежнего запала не осталось следа и все мои фразы были бесцветными, механическими.
Не знаю, - он покачал головой. – Пока маги не восстановят связь.
Связь… Связь! Я посмотрела на Элленор. Он уже не полыхал всеми цветами радуги. Легонько потянув за кольцо, я поняла, что могу его снять. Я уже собралась это сделать, как в голове вновь возник все тот же образ и голос: «Не надо. Подожди еще немного». И я послушала, оставила ни в чем неповинный артефакт в покое.
К вечеру Антон уговорил меня выйти из комнаты и спуститься на ужин в общий зал. На все мои возражения и просьбы поесть в комнате он прореагировал не более, чем на писк комара. Ну, в зал, так в зал.
Естественно, они были там. Сидели за столиком и смотрели на небольшую сцену, на которой молодой парень настраивал какой-то музыкальный инструмент. Лютню, по-моему.
- Здесь дают концерты? – Спросила я, когда мы сели за выбранный стол.
Я бы с удовольствием села как можно дальше от Андрея и Милы, но, к сожалению, мест в зале оставалось не так много.
- Иногда барды выступают. Этот, кстати, довольно не плох. Поет хорошо и баллады у него красивые.
- Что ж, послушаем.
Плевать мне было сейчас на всех бардов и на все баллады. В поле зрения попали эти…двое. Мила, повернувшись к нам спиной, что-то шептала Андрею на ухо. А он, скотина, слушал и улыбался. Тварь! Ненавижу! Не прощу! Никогда!
Тем временем мы сделали заказ, а музыкант закончил с настройкой инструмента. По помещению разлились нежные звуки, складывающиеся в аккорды. А те, в свою очередь, в прекрасную музыку. А потом он запел. Антон был прав, пел парнишка действительно хорошо и стихи, наложенные на музыку, тоже были красивыми, со смыслом.
У принцессы не было имени,
Её образ был собирательным.
И спасать ту принцессу никто не спешил.
Это не было обязательным.
Автор в башне её заточил
Для придания сказки солидности.
И охрану приставил и усыпил
Для словца красного, да для видности.
И пока та принцесса себе спала,
Жизнь у принца кипела, бурлила.
Он в дороге и есть у него дела.