Оуэн, к счастью, успел за последние недели как следует изучить ближайшие улицы и переулки. И еще ему повезло; большинство фонарей было разбито во время беспорядков, и преследователи не могли взять его на мушку.
Он бежал изо всех сил, сворачивая в переулки и петляя. Вначале между ним и констеблями держался разрыв в тридцать ярдов, теперь он увеличил его до пятидесяти. Но не был уверен, что за каким-нибудь углом не наскочит на другой отряд полиции.
Впрочем, теперь доктор, наверное, уже вне дома и вне опасности, это главное. Конечно, они смогут обвинить его в сопротивлении властям и упрятать за решетку, но так ли это важно, если начнется революция?
- Остановись или будем стрелять!
Он втянул голову в плечи, но не остановился.
Выстрел! Еще один!
Пули просвистели мимо и ударились в стену дома, стоявшего впереди. Оуэн свернул в переулок и на секунду оторвался от преследователей.
Вот он выскочил на длинную, прямую дорогу в рабочем квартале. Да, на такой улице не скроешься! Ей нет конца, и к тому же - ни одного переулка, ни одной подворотни. Все же, прижав локти к бокам, он, как заяц, понесся по мостовой.
Сзади громыхали башмаки полицейских. Через каждые несколько минут они останавливались, чтобы разрядить в него свои пистолеты. Он не решался оглянуться, но, судя по всему, их было человек пять, хотя пистолеты были только у двух или трех.
Оуэн уже не надеялся скрыться, но решил, что еще заставит лондонских констеблей хорошенько побегать - пусть отработают свое жалованье.
А между тем рабочая улица проснулась, разбуженная шумом и выстрелами. Люди отворяли окна и выглядывали наружу.
- Это полицейские!
- Они гонятся за чартистом!
- Себе на горе забрались они на нашу улицу!
- Долой полицию с нашей улицы!
Нетрудно было догадаться, на чьей стороне симпатии зрителей. Трах! Цветочный горшок просвистел в воздухе и раскололся под ногами полицейского, возглавлявшего погоню. Это послужило сигналом к началу бомбардировки.
На преследователей со всех сторон полетели снаряды самых разных видов и калибров. Цветочные горшки, кувшины с водой, куски черепицы и некие всем известные ночные сосуды - все пошло в дело. Полицейские волей-неволей прекратили погоню. Отмахиваясь, отругиваясь, грозя, они стали отступать.
Нет, они не могли арестовать целую улицу, а схватить кого-нибудь одного - значило поднять общий бунт. Пришлось убираться подобру-поздорову.
Уже во второй раз знаменитые столичные полицейские так позорно покидали поле боя. Победители в ночных рубашках, высунувшись из окон, хором пропели чартистскую песню, а потом, счастливые, снова отправились спать. О разбитой посуде не жалел никто.
Оуэн, скрывшись от преследователей и поблагодарив судьбу за неожиданное избавление, скинул наконец долгополую куртку и залег отдыхать в укромном местечке до восьми часов. В восемь он уже прогуливался возле условленного места.
Четверть девятого. А Тома все нет. У Оуэна замерло сердце: он слышал от прохожих, что в прошедшую ночь полиция хватала чартистов по всему городу. Неужели и Таппер попал в ловушку?
Мимо прошли двое полицейских. Оуэн поспешно отвернулся и стал рассматривать витрину. Но констебли не обратили на него внимания. Они искали дичь покрупнее.
Кто-то опустил руку на его плечо. Оуэн вздрогнул и обернулся, готовясь удрать в любую секунду. Но незнакомец, судя по всему, был простой рабочий.
- Скажи, приятель, - проговорил он хрипло,- ты не тот паренек из Уэлса, которого я ищу?
- Может, и тот, - осторожно откликнулся Оуэн.
- Тогда вот что: у твоих друзей все в порядке. Они не могли прийти сюда и ждут тебя в харчевне "Четыре колокола" на Уорсестерской дороге.
- Спасибо!
- Желаю удачи, приятель, - напутствовал Оуэна рабочий - В Бирмингеме огонек погас, но, может быть мы снова его запалим, как знать, если Уэлс поднесет спичку!
Уэлс...
Да, может быть, Уэлс возродит надежды всей Англии.
Оуэн шагал по Уорсестерской дороге, и на сердце у него было легко.
Глава десятая
Вольная ферма
Несколько дней они шли на запад, к пурпурным вершинам на горизонте. Держались безлюдных равнин и обходили стороной большие города; их уже известили, что по всей стране разослан "приказ об аресте Джона Таппера по обвинению в подстрекательстве к нарушению порядка". А ведь на самом деле он старался удержать людей от бессмысленного сопротивления драгунам...