Но и на кухне его не оказалось. Таппер, Саймон, Беньовский, Фрост и еще несколько человек садились ужинать.
- А где Пью? - спросил Таппер.
- Он, кажется, собирался в Крикхауэлл,- беззаботно ответил Том.
Это не держали в секрете: все, кто жил на ферме, постоянно отлучались, когда того требовали личные их дела или общее дело.
- Что ж, приступим, - предложил Беньовский, и все сели к столу.
Оуэн часто отрывал взгляд от тарелки и глядел через низкое окно на черные зубцы гор в оранжевом ореоле. Хорошо. Он подождет до конца ужина.
Ужин кончился быстро, потому что за едой никто не мешкал, все спешили вернуться к своим делам, а если срочной работы не было - к обсуждению новостей и последней почты.
Пью не возвращался.
Оуэн встал, чуть не опрокинув стул, и направился к двери. Он старался выглядеть как можно беззаботнее.
Наконец-то! В сумерках он увидел всадника, приближавшегося по дороге. Конечно, это Пью. Через несколько минут он будет здесь. Мальчик вздохнул с облегчением: ему не придется никого обвинять в предательстве.
Он вернулся на кухню и снова сел за стол. Взрослые спорили, как обычно. Он уже давно про себя отметил, что самые яростные спорщики в мире - это чартисты. Спорят они всегда о самых непонятных вещах, произносят такие слова, которые и не выговоришь, и очень редко приходят к согласию.
Неужели можно предположить, что один из этих людей - предатель? Ведь за спиною каждого - долгий и трудный путь, многие побывали в тюрьме, иные за свои убеждения поплатились спокойной жизнью, хорошей работой.
Но через две минуты, через минуту все выяснится.
Легкий холодок пробежал у него меж лопаток. Все-таки это ужасно - ждать, ждать, когда будет наконец сказано краткое слово обвинения, которое вдруг превратит одного из его друзей в предателя, которое, может быть, заставит этих людей вытащить ножи из ножен и пистолеты из-за поясов.
Копыта зазвенели возле дверей.
- Вот и он, - сказал Беньовский, не поднимая головы.
Снаружи послышались шаги, и в темном дверном проеме показался человек.
- Здравствуй, Дэвис, - приветствовал его удивленный Таппер. - Что ты здесь делаешь ночью? А мы думали, это Пью. Мы его ждем.
- Вам долго придется его ждать, - мрачно ответил Дэвис. Он быстро оглядел их бледные и встревоженные лица. - Пью сейчас в тюрьме. Кто знал заранее, что он будет в Крикхауэлле?
Все повскакали с мест, заговорили все разом. Некоторые видели, как Пью выезжал с фермы, другие встретили его на дороге, иные только час назад узнали, что он уехал. Казалось, распутать этот клубок невозможно, даже если страсти улягутся и люди станут говорить один за другим, а не все вместе.
Выяснились факты: четыре полицейских схватили Пью в харчевне через два часа после того, как он прибыл в Крикхауэлл. Полицейских специально вызвали из Абергавенни. Кто сообщил им?
- И еще вопрос, - свирепо заявил Дэвис: - кто сунул ему в карман бумажку с какими-то планами, за которую ему дадут пять лет, не меньше? Я говорил с Пью за полчаса до того, как его сцапали, и он меня заверил, что при нем нет ничего опасного. Он сказал, что в дневное время никогда не берет ни писем, ничего,
"Сунул в карман какую-то бумажку!"
Это уж совсем гнусно. Значит, кто-то сначала вложил в карман Пью компрометирующую записку, а потом дал знак арестовать его. Это не просто предательство - это заранее продуманное, хитроумное предательство!
Люди не глядели друг другу в лицо. Подозрение, сильное и прежде, теперь становилось все сильнее. Даже Таппер, всегда предпочитавший верить только хорошему, теперь был вынужден признать факты: Пью предали, хитро и подло предали.
Но кто?
Все молчали. Дэвис из Крикхауэлла стоял в дверях и с кривой усмешкой переводил взгляд с одного лица на другое.
Том взглянул на Оуэна и кивнул. Тот решительно опустил руку в карман и вынул ее наружу - пустой.
Конверт, в котором было запечатано имя предателя, исчез!
Глава пятнадцатая
Разоблачен
- Это ужасно! - заговорил Таппер отрывисто.
- Я до сих пор не могу поверить - неужели кто-то... кто-то среди нас... - Он умолк, не в силах произнести слово "предатель".
Оуэн про себя усмехнулся. Он-то знал наверняка, что среди них был предатель. И хитрый, ловкий предатель.
Но кто?
Как только представился случай, он дал знать Тому, и они выскользнули из кухни, где спор все разгорался, подозрения все росли и страшные слова готовы были вот-вот сорваться с языка. Они вбежали по лестнице в свою маленькую комнатку под островерхой крышей, где прожили все эти недели. Зажгли свечу и, усевшись на корточки, стали обсуждать положение.