Данька мгновенно уловив, что от неё спрятали новую (и наверняка интересную!) игрушку, тут же поползла вверх по Киру, пытаясь добраться до ярко-красного стаканчика. Кир опять упал на спину и ловко перебросил стаканчик из одной руки в другую, даже не расплескав кофе. Данька тут же сменила направление, нимало не заботясь о том, куда попадают её острые локти и коленки.
Вики прыснула, наблюдая с каким серьёзным лицом Кир прячет стаканчик и уворачивается от цепких ручонок. Данька, наплевав на все препятствия и обиженно похрюкивая, упорно лезла к намеченной цели. Кир, похоже, тоже сдаваться не собирался. Скажет тоже, одиннадцать, тут лет пять максимум. Хотя двадцать два тоже совсем мало. Вики, с высоты своих двадцати четырёх, имея за плечами неудачный брак и много всего такого, что хотелось забыть, закрасить полотно белой краской и начать заново, вдруг почувствовала себя если не старой, то, как минимум куда взрослее и опытнее белокурого мальчика, увлечённо играющего с Данькой.
Говорят, мужчина ещё только обдумывает слова для знакомства, а женщине уже достаточно одного взгляда, чтоб решить в каком платье она будет на свадьбе, какой у них будет дом, и как будут звать их детей. Вики, разглядывая Кира, ничего такого не представляла, зато очень ясно видела весь тот ворох проблем, что она огребёт, вздумай этот парень рядом с ней задержаться. Уж очень хорошо она знала этот тип людей: слишком много красоты и обаяния, а главное — готовой выплеснуться через край и затопить всё вокруг уверенностью в себе. Избалованные вниманием, они шли по жизни легко и непринуждённо, не замечая руин, что оставляют за собой… Вики прикусила губу: вроде всё уже выгорело, но всё равно иногда, нет-нет да и взметнутся языки пламени над пепелищем, заставляя опять вспомнить…
— А кто её отец? — Кир, сдавшись, выплеснул недопитый кофе в траву и выдал игрушку приготовившейся уже зареветь Даньке.
— Он погиб, — отрезала Вики и, видимо, от неожиданности, слишком резко — Кир коротко кивнул и уточнять ничего не стал, и она тут же попыталась сменить тему: — Вкусный пирог.
— Это единственное, что Кира умеет готовить. Всё остальное лучше не есть — опасно для жизни. Обычно мы с Димкой готовим… — Кир пересадил Даньку чуть ниже и добавил: — Хорошо, что Кира всё равно с Олегом много возится и ей некогда готовить. Сейчас, конечно, полегче стало, а мелкий совсем не спал, я-то нормально ночью с ним, мне много на сон не надо, а Кира замучилась. Особенно, когда я в академию улетал на сессию, а Димка по службе.
Вики одновременно посочувствовала неизвестной Кире — Данька, за редким исключением, спала как сурок, долго и со вкусом — и тут же позавидовала. Хорошо, когда у тебя рядом двое мужчин, готовых и поесть приготовить, и с ребёнком ночью повозиться. Хотя, может эта Кира нежный и хрупкий цветочек, который просто необходимо оберегать и защищать? Бывает такой тип женщин, которых хочется сразу обложить подушками, чтобы случайно не разбились… У неё самой такой быть никогда не получалось.
— Да ещё ей в армии позвоночник перебило, и первые полгода, как Олег родился, спина сильно болела, хорошо, что я тогда удалённо учился и дома был.
Хрустальный цветочек укомплектовался бронебойными шипами.
— А сейчас она ещё на работу вернулась, командиром разведывательной эскадрильи, так что готовим всё равно мы с Димкой, — закончил Кир. — Но пирог вкусный.
Воображение дополнило бронебойные шипы немаленьких размеров плазмомётом, и Вики поняла, что ничего не поняла, кроме того, что Кира, похоже, совсем не тяготит роль няньки при маленьком брате.
Даньке надоело, что взрослые уже целую минуту не уделяют ей внимания, и она тут же выбрала Кира на роль жертвы. Кир не возражал, только педантично попросил у Вики разрешение на «погулять». Вики, с трудом подавив приступ паранойи (уронит, утопит, украдёт и потом съест), кивнула — Кир смотрел на неё такими безмятежными глазами, что обижать отказом было неудобно. Но села так, чтоб можно было наблюдать за пляжем.
Кир ничего такого ужасного, что успело нарисовать воображение, делать не стал. Просто взял Даньку, многофункциональный стакан (можно не только кофе пить, но и куличики лепить) и расположился недалеко от воды. Данька, очумев от свободы и кучи новых впечатлений, вела себя на редкость неприлично, но Кир вроде справлялся, направляя детскую энергию в нужное русло.
Вики, несколько успокоившись, вытянулась на покрывале, забросив руки за голову, и принялась лениво рассматривать густо переплётшиеся ветви. Это было какое-то неземное блаженство — валяться просто так, ни о чём не думая и никуда не спеша. И когда по тебе никто не ползает, не снимает скальп, пытаясь креативно поправить причёску, а заодно нанести несмываемую боевую раскраску на лицо, врезав особо тяжёлой игрушкой. Непонятно только, зачем Кир её вообще сюда притащил — с Данькой поиграть, что ли? Ему брата не хватило? Нет, принцы в очередь к ней и раньше не выстраивались, но чтоб вот так, даже не предложить пойти вместе, а наоборот, посоветовать отдыхать? Нет, точно надо хотя бы в парикмахерскую сходить, а лучше — бегом заняться! Тогда она станет худая и красивая, и принцы не будут сбегать на пляж, разглядев её получше…
Кир вернулся, когда солнце начало подбираться к зениту, и пора было уже кормить Даньку, а затем укладывать спать.
— Я пойду поплаваю, — сообщил Кир и стянул футболку.
Вики только виновато кивнула — свалила на парня ребёнка, а сама просто заснула, и где её хорошие манеры…
Качественно выгулянная Данька, глядя совершенно сонными глазами, послушно проглотила всё, что ей дали, и заснула прямо с ложкой во рту. Вики аккуратно накрыла её пледом и пошла к наваленным невысоким заборчиком камням: спать уже не хотелось, купаться она, конечно, не полезет, а вот посидеть на солнце было приятно — вряд ли в ближайшее время у неё случится ещё один выходной, надо пользоваться неожиданной щедростью мироздания.
Вики с наслаждением прижалась спиной к горячим камням и поискала глазами Кира. Нашла. Кир не плавал, а стоял на торчащем из воды скальном зубе, осторожно балансируя на одной ноге. А потом наклонился, упёрся руками в камень и легко вытянул тело параллельно воде. И отвёл одну руку в сторону. Вики заворожённо наблюдала, как Кир непринуждённо выгибается, поднимая ноги и разводя их в шпагате, и тут же перепрыгивает с одной руки на другую. Она, конечно, подозревала, что спасателей готовят хорошо, но чтобы так… Глядя на то, что вытворяет Кир, оставалось только радоваться, что она не мужчина, и её единственное спортивное достижение — висеть грустной сосиской на турнике — можно списать на то, что она же девочка. Потому что любой уважающий себя мужчина, глядя на всё это безобразие, должен был незамедлительно совершить сеппуку. В крайнем случае — плебейское харакири.
Вики зашарила рукой рядом с собой и чертыхнулась, сообразив, что планшет она с собой не брала. А зря — такое можно только рисовать, пытаясь законсервировать эстетическое наслаждение. Кир подпрыгнул, взмахнув ногой и крутанувшись, приземлился обратно на камень, легко оттолкнулся и нырнул. Вынырнул и поплыл почёму-то не к берегу, а к нависшей над морем скале.
Вики изумлённо моргнула, наблюдая, как Кир уцепился за камень, вытягивая тело из воды. Он что? Решил на неё залезть? Он точно чокнутый, она же высотой с небоскрёб!
Скала была не просто высокой, в какой-то момент она начинала изгибаться, создавая с плоскостью моря острый угол, а потом и вовсе нависала горизонтальной крышей. Кир поднимался быстро и как-то очень легко — Вики даже показалось, что он просто перепрыгивает от одного выступа к другому, наплевав на всю физику разом, вместе с её глупыми законами гравитации. И только в самом конце замедлился, а затем и вовсе остановился, зависнув параллельно морю.
Закусив губу, Вики смотрела на маленькую фигурку — даже толком лицо не разобрать — и не знала, что делать. Киру надо было перевалиться через острый выступающий край или вернуться обратно, но судя по тому, что он ничего делал, сил на такое у него уже не осталось.