Этот удар оказался слишком сильным для её отца. Официальное заключение экспертизы — инфаркт. Он как раз забирал маму из больницы, категорически отказавшись послать за ней своего водителя. Потерявший управление флаер рухнул в море, и обломки нашли только через три дня.
— А автопилот? — изумился Дмитрий. — Не сработал?
— Я их не убивала! — вскинулась Вики, с отчаяньем оглянувшись на Кира — раз уж он киборг, то пусть подтвердит. Но Кир промолчал.
— Я и не говорил, что ты их убила, — опешил Дмитрий. — Просто странно как-то.
Вики помолчала, а потом тяжело уронила:
— Все газеты назвали меня Кровавой Наследницей, утверждая, что я теперь единолично владею просто безумным количеством денег. А нам нечем было платить зарплату людям. Я предлагала Маркусу выставить заводы на торги, но он сказал, что ещё поборется. Что ребёнок Виктора должен получить свою империю, и что федералы врут, ничего такого Виктор не делал.
Дмитрий молчал, и Вики добавила:
— Отец обожал антикварные флаеры, сам восстанавливал и утверждал, что все эти новомодные примочки типа силового поля и автопилота для тех, кто не умеет рулить. Что он в клетке летать не будет. Полиция считает это несчастным случаем, а я не знаю.
Наверное, она бы тоже считала это несчастным случаем, если бы не вернулась на виллу мужа, решив продать хотя бы её — зачем ей два дома. А так будут хоть какие-то деньги — всё что было ценного, драгоценности, антикварные флаеры и другое по мелочи, к этому моменту она уже выставила на аукцион. Сначала ей показалось, что она перепутала дома и её почему-то не остановили, а потом позвонила тому самому агенту СБФ, минуя полицию. Было сломано всё — даже вспорота обивка у мебели. Особенно досталось её комнате — похоже, налётчики никого не опасались и методично уничтожали всё. Безумно жалко было бесценные, по-настоящему бумажные книги — они были разрезаны, будто между листов могло что-то скрываться. Но самое страшное было не это: на светлой стене красными (Франка сначала решила, что это кровь, но оказалась краска) буквами было написано: «Верни деньги или встретишься с родителями».
О каких деньгах шла речь Франка понятия не имела, но через два дня она получила ещё одно анонимное сообщение, где ей предлагали не только вернуть неизвестные деньги, но и ещё отказаться от показаний. Маркус считал, что надо всё выполнить, но какие с неё требовали деньги, тоже не понимал — те, кто угрожал, даже сумму не назвали. Франка отказалась забирать показания, уверенная, что это ничего не изменит — если кто-то решил разделаться с её семьёй, то его ничего не остановит.
После того, как Франка заметила несколько раз одного и того же человека в кафе, а затем в магазине, Маркус потребовал, чтобы она взяла его DEX`а и одна больше не ходила, а федеральный агент мрачно предложил программу защиты свидетелей на то время, пока идёт следствие. Иначе за жизнь Франки он не отвечает. Что случилось с телохранителем мужа, она помнила — темнеющие от крови доски все ещё стояли перед глазами — и надеяться на другого DEX`а не видела смысла. На планете её больше ничего не держало, помочь Маркусу она не могла, только отнимала его время, заставляя беспокоиться ещё и о ней, и она согласилась. Ей надо было спасать ребёнка.
Через неделю её уже везли в грузовом флаере, летящем в порт. Из вещей у неё была небольшая сумка и бабушкино распятие, которое она постоянно держала в руках, пытаясь вспомнить хоть одну молитву — помощь высших сил ей бы не помешала.
Она прилетала на одну планету под одним именем и улетала под другим, проведя на новом месте пару недель или чуть больше. Сколько было точно таких промежуточных точек она не помнит, но, в конце концов, с трапа спустилась Виктория Бернар. А через месяц родилась Даниэль.
— Что-то концы не сходятся, — протянул Дмитрий.
Не успела Вики по новой испугаться, в попытке понять, какая ещё информация ему нужна, как вмешался Кир:
— Она не врёт, Дим.
— Да я понимаю, что не врёт, — отмахнулся Дмитрий. — Дело просто какое-то мутное, явно свои замешаны… и деньги какие-то. С чего они решили, что она их в сумочке увезла?
— Я не знаю, — пискнула Вики, но на неё никто не обратил внимания.
— Дим, там полиция разбиралась. И федералы. Ты решил их заменить?
— Я просто не люблю, когда мне не понятно. Вот смотри: чувак мог просечь, что ему на хвост сели федералы, и вывести деньги через свой банк, затерев следы, это понятно. Федералы, скорее всего, ждали какую-то сделку, чтобы всех накрыть, но чувака грохают. Причём грязно, не удосужившись даже легенду нормальную придумать — наверняка кто-то из своих запаниковал. Но почему сначала было не узнать, где деньги? Время было, DEX`ы выбили бы из него всю информацию, но они просто пришли и всех расстреляли. Оставив свидетеля. Зачем? Нелогично.
— Скорее, приказ был на одного, — не согласился Кир. — Остальные нападали, а Вики просто стояла. Угрозы нет, приказа нет — логично.
— А деньги?
— Может, думали, что знают где?
— Скорее всего, но почему потом решили, что у неё-то? Она вообще сбоку.
— Ты у меня спрашиваешь?
— Я думаю! Кстати, Вики, а у этого друга семьи доступ к киборгам был?
— У Маркуса? — удивилась Вики, с трудом удержавшись, чтоб не зевнуть — отчего-то жутко захотелось спать, даже глаза пытались закрыться, а нить разговора начала напоминать клубок, которым основательно поиграл котёнок. — Я не знаю… А при чём здесь он?.. Нет, он не мог, вы что! Его и полиция проверяла, и федералы три дня продержали у себя. Если бы он был виноват — его бы не отпустили.
— Три дня это правильно, — задумчиво согласился Дмитрий. — Значит, проверили, а такая красивая версия была, прям как в книжках. Кстати, а что в результате с заводами-то? Работают? Не узнавала?
Специально Вики не узнавала, но кое-какая информация мелькала в новостях. Маркус всё ещё пытался исправить то, что натворил её муж — нашёл кредиты и вроде как даже новые заказы, но счета она не проверяла, понимая, что любая транзакция будет работать указателем на её новый дом.
Вики не удержалась и всё-таки зевнула, закрыв ладонью рот, а потом вытерла выступившие на глазах слёзы — свет в комнате был слишком яркий и глаза резало просто ужасно.
— Кир, ты чего ей вколол? Она же спит совсем.
Кир ответил, но Вики не разобрала название, только возмущено помотала головой, показывая, что вовсе не спит и вообще, её домой обещали отпустить.
— Иди застели диван в детской, — приказал Дмитрий, проигнорировав Викину пантомиму. — Ужинать она, похоже, уже не будет.
Вики потёрла глаза, уже не стесняясь, кулаком, — веки так и норовили сомкнуться, отправив её в объятья Морфея, а засыпать ей никак нельзя было, а надо было всё-таки как-то прояснить своё положение и убедиться, что она не пленница. Хотя вялость накатила такая, что Вики уже была готова до утра остаться в плену. Способность внятно мыслить окончательно объявила забастовку, и Вики уставилась на Дмитрия, пытаясь подобрать слова, чтобы и не разозлить хозяина дома и понять, что же тот собирается с ней делать дальше.
Кир вернулся быстрее, чем Вики успела придумать правильный вопрос.
— Разобрал? Отнеси её.
— Давай ты сам, она меня боится.
— Ерунду не говори, — рассердился Дмитрий, но с кресла встал. — Она не тебя боится, а тех, кто её мужа убил.
Вики хотела возмутиться (не надо её никуда нести!), но только лязгнула зубами, когда Дмитрий ловко сдёрнул её с дивана — похоже, в этом доме её воспринимают как бессловесный мешок с картошкой!
— Вы обещали домой! — нашла в себе силы на бунт Вики, когда её так же легко сгрузили на другой диван.
— Завтра домой, обязательно, — согласился Дмитрий, накрывая её одеялом. — Спи, девочка. Утром всё будет проще, ты поймёшь, что мы не враги, и всё наладится. Спи.
Дмитрий ещё немного постоял рядом, а потом приглушил ночник над детской кроваткой и вышел, осторожно прикрыв дверь.