– Нет, спасибо.
– Хорошо, как хочешь. Ну, расскажи мне, Снежана, о своей жизни. Откуда ты, чем занималась, что любила?
Заученными фразами девушка рассказала ей про село Костиково и чем оно отличается от поселка, что закончила какой-то колледж, что приехала сюда и снимает комнату.
– Не густо. А родители? Где они?
– Умерли. Очень давно, – сдавленно ответила та и уткнулась в тарелку.
– Ты росла в детском доме?
– Нет.
– Понятно. И как отношения с тетей?
– С какой тетей?
– Ой, прости, хотела сказать, с бабушкой.
– С бабушкой?
– У тебя нет ни тети, ни бабушки, – произнесла женщина словно самой себе. – Тогда кто же тебя воспитывал?
– Никто не воспитывал. Сама росла, – чуть злее, чем собиралась, ответила Снежана.
– Ясно. Хорошо. Тоже дело.
Они несколько минут молчали, медленно пережевывая обед. Надежда Ивановна рассматривала собеседницу с легкой грустью, как смотрят на давно выросших, но всё ещё не повзрослевших детей.
– Почему ты накинулась на того мужчину? – неожиданно спросила та.
– Какая уже разница.
– Прости мне моё любопытство, но не часто увидишь маленькую девушку, которая разбивает тарелку о голову незнакомца.
– Откуда вы знаете, что мы не знакомы?
– Ниоткуда. Просто со стороны так показалось.
– Я была не права? – опустив глаза, спросила Снежана.
– Не знаю, может, и права, но точно неосмотрительна.
– Он приставал к Юле.
– Почему она сама не остановила его?
– Тогда я подумала, что она не может, что она испугалась и замерла. Они всегда этим пользуются.
– Кто?
Девушка отвернулась и посмотрела на метель.
– Я не знала, что он её парень, – когда она продолжила, ветер стих и снег вновь стал медленно порхать. – Они поругались. И он пришел мириться. Но выглядело всё это...
– Я понимаю, о чём ты, – кивнула Надежда Ивановна.
– Никто не захотел заступиться. Я думала, все боялись.
– А ты не боялась?
– Я больше ничего не боюсь, – решительно заявила Снежана.
– Вот как. А надо бы. Тот мужчина мог заявить на тебя.
– Он и заявил.
– Плохо. Начинать жизнь со статьи очень плохо.
– Они все знали, кто он.
– Девочки?
– Да. Все они. Каждая. Но никто не сказал мне. Они просто сидели и смотрели.
Женщина подперла подбородок, внимательно слушая. Много дней девушка безропотно несла в себе все обиды и печали и продолжала бы нести, но в Надежде Ивановне было что-то давно забытое, теплое, пахнущее домом, покоем, и Снежана невольно приоткрыла дверь своей души.
– А потом они меня отчитывали, унижали. Но ведь виноваты в случившемся были только они. Если бы хоть кто-то сказал мне, ничего бы не произошло.
– Плюнь. Не обращай внимания. Ты ещё молода и обязательно найдешь, с кем подружиться.
– Мне не нужны друзья, дело совсем не в этом.
– Думаю, как раз в этом.
– Нет, расстраивает то, что они считают себя выше меня. Но они и понятия не имеют о моей настоящей жизни...
– Настоящей?
Девушка запнулась и испугалась собственных слов. Она была так спокойна, расслаблена, что не заметила, как сказала лишнее.
– Забудьте. Не знаю, зачем вообще начала говорить. Обычно я молчу.
– Ты устала.
– Нет.
– Да. Ещё как! – женщина улыбнулась. – Не знаю, что ты несешь в себе, но этот груз очень давит. Да так, что ты этого даже не замечаешь.
– У меня всё нормально.
– Понимаю, я совершенно чужой тебе человек, – заговорила Надежда Ивановна чуть тише, – но мне очень хочется тебе помочь.
– Многим вы уже помогли?
– Не многим, но помогла. Нет, не думай, что я волшебница, которая спускается с небес и решает все проблемы, это не так, но...
– И как же вы собираетесь мне помогать? – с недоверием спросила девушка.
– Если ты поделишься своей бедой, возможно, вместе мы что-нибудь придумаем. Я не настаиваю, но ты поразмысли. А пока давай немного позлим твоих недругов?
– Они мне не...
Но Надежда Ивановна уже не слушала – встала, взяла поднос и не спеша направилась к выходу. Она остановилась, когда поняла, что за ней никто не идёт, повернула голову и требовательно позвала:
– Где ты там?
Снежана покорилась. Энергичная женщина будто влила в неё силы.
Анжела, Юлия и Дарья моментально притихли, но теперь их лица вытянулись совсем по другой причине – они никак не могли скрыть удивления.
Оказавшись далеко от столовой, Надежда Ивановна заулыбалась:
– Видела?
– Видела.
– А я что тебе говорила?
– Но почему?
– Завтра Дарья будет умолять тебя о прощении и набиваться в друзья.
– Но почему?
– Не важно, – тряхнула головой женщина. – Просто поверь мне. И давай так, если это произойдёт, ты начнешь немножко мне доверять.