Сомнения оказались напрасными. Магия цвета индиго в эту ночь точно играла на стороне Пятого Дома. Настоящие и иллюзорные звезды танцевали небесные хороводы, студенты загадывали желания падающим звездам, а Гертруда с удовлетворением думала, что, пожалуй, не такая уж она паршивая староста. Даже Джефф, казалось, наконец почувствовал себя в своей тарелке и вовсю развлекался вместе с однокурсниками.
Когда дело дошло до песен, Герда все-таки заставила себя отлепиться от стены и покинуть празднующий Дом, чтобы в самый темный час выполнить неприятное поручение профессора боевой магии.
В Драконьем крыле было тихо. Конечно, как и Единороги, ребята всем Домом праздновали посвящение первокурсников, на что и рассчитывала Гертруда.
Воспользовавшись некоторыми заклинаниями из списка Магна, Герда пробралась в общую комнату. Над камином на полке стоял кубок Первого Дома, висели грамоты и многочисленные благодарности.
- А вот и ты, - с некоторым благоговением произнесла Герда, снимая с отдельного гвоздика цепочку, на которой висела драконья чешуйка ржаво-коричневого цвета. По легенде она принадлежала Фафниру - последнему из драконов
Неожиданно в коридоре послышались шаги, и почти сразу Гертруда услышала, как в замке поворачивается ключ. Как назло, все заклинания выскочили у нее из головы, да и руки так дрожали, что попытавшись сейчас сложить чару, она могла бы нечаянно уронить себе на голову люстру.
«Святая Эвелет, только бы не Винтерхальтены», - отчаянно взмолилась было Герда, но едва ли ее покровительница услышала бы ее голос из сердца Драконьего Дома.
На пороге застыл Ингмар Винтерхальтен.
***
- Сюрприз, - немного нервно сказала Гертруда, прислонившись к камину и пряча правую руку с трофеем.
- Вот уж действительно, - задумчиво ответил Ингмар. - Дружеский визит?
Он подошел ближе и стал рассматривать бывшую подругу.
- Надо же, и даже не пьяна. Все интереснее и интереснее.
- А ты почему не празднуешь со своими? - негромко произнесла Герда. - Слышала, у вас должен быть шикарный фейерверк.
- Если хочешь, пойдем со мной, посмотришь сама, - улыбнулся Дракон. - Мы действительно постарались.
- Олаф будет вне себя. И не думаю, что Гизелле понравится, - вскинув голову, ответила Герда, хотя отчего-то до ужаса захотелось увидеть злосчастный фейерверк.
Ингмар сделал еще шаг и оказался очень близко. Пожалуй, слишком близко, и оттого, наверное, особенно оглушительно прозвучали его слова:
- К черту Олафа. К черту Гизеллу.
Несколько секунд, и Герда утонула в объятьях. «Как за каменной стеной», - подумала она, но правая рука продолжала предательски сжимать драконий артефакт, который зачем-то понадобился проклятому профессору Магну.
Воспоминание о профессоре охладило Гертруду получше ведра холодной воды.
- Мне пора, - вывернулась она из рук Винтерхальтена и бросилась к двери.
Уже на пороге ее нагнал голос Ингмара с застывшими интонациями:
- Очередное пари, да, Колючка?
Герда повернулась. Конечно, пустое пятно на месте древней реликвии не заметил бы только слепой. Или тот, чье внимание сначала было отвлечено более интересным, с его точки зрения, объектом. Зато теперь...
- Думай, что хочешь, - крикнула она. Щеки покраснели, хотелось бегать и кричать, заодно швыряя всякие тяжелые предметы. В идеале - в профессора Магна.
- Не беспокойся, выручу по старой памяти, - криво улыбнулся Ингмар. Он, напротив, побледнел, и шрам стал еще сильнее выделяться на изуродованной части лица.
И руки его не дрожали. Короткая комбинация жестов, и через несколько мгновений на стене появилась довольно качественная иллюзия.
- На будущее - у нас здесь везде сигнальные чары пятой ступени. Закажи дяде нормальный чароуловитель. И да, с праздником, Герд, - и Ингмар прошел мимо нее, чтобы исчезнуть в темноте безлюдного коридора.
Глава 11. В Драхенкопфе очень любят ночные прогулки на свежем воздухе.
Получив вожделенную реликвию, профессор как будто успокоился и на некоторое время словно бы забыл о своей "любимой" ученице. С одной стороны, Герда была крайне рада подобному развитию событий, с другой стороны, она опасалась, что это лишь затишье перед бурей.
В любом случае теперь у нее появилось время на работу для Крамль. Отчаявшись разобраться в древнем манускрипте, она сцепила зубы и отправила за помощью к брату. Все лучше, чем обращаться к Винтерхальтену, как настойчиво советовала ей Канделарио.
Кайлас же, судя по всему, и сам был готов на перемирие.