Слова Лукерьи Моррис уловил краем уха, выходя из убежища. «Ещё и Филантей какой-то», – подумал, удивившись. И удивляться не перестал, когда оказался снаружи. Снаружи, да не совсем. Это был небольшой грот, пробитый в снегу. В своде пробито несколько небольших отверстий, дающих немного света. Прямо – выход наружу в несколько ступеней. С двух сторон сделаны два тоннеля.
- Сюда, – указал Тимур на правый.
Тоннель, по которому Моррис продвигался полусогнувшись, описав небольшую дугу, закончился тупиком, округло расширенным.
- А там что? – спросил Моррис, выйдя из нужника и указав на второй тоннель.
- Там кладовая, – ответил Тимур. – Пошли, покажу.
Входной тоннель был коротеньким тамбуром и вёл в маленькое квадратное помещение. В глаза бросилась небольшая поленница дров. И…
- А это что? Для чего? – Моррис с удивлением и интересом разглядывал три пары досок шириной с его ладонь. Две пары длиной в рост Тимура с Лукерьей, а третья в рост Егора. В середине поперёк крепились в три пальца шириной ремни этакими дужками. Один конец округло заострён и плавно загнут.
- Это лыжи. На них ходят по снегу, – пояснил Тимур. – Только мы пока не можем уйти, потому что не знаем в какую сторону нужно.
- Откуда они у вас? Вы из зимнего сектора сюда попали?
- Это пока секрет, – со смешком ответил Тимур. – Ба тебе сама всё расскажет.
- Ну, что ж, вот сейчас и послушаю, – проговорил себе под нос Моррис.
Но, когда вошёл в убежище, ему стало не до выслушивания рассказа Лукерьи. По помещению витал аромат свежеприготовленной пищи. У каждого на сидении стояли глиняные глубокие тарелки с жидкой кашей с кусками мяса и сдобренной обжаренным на масле луком. В тарелке торчала деревянная ложка.
Заморачиваться вопросом, откуда это всё взялось, Моррис не стал. Он вдруг только сейчас почувствовал зверский голод. До этого ему было не до еды. Трое суток непрерывного бега и трое суток беспробудного сна – это для организма встряска ещё та. А крупяная похлёбка с мясом, названная Лукерьей кулешом, была настолько вкусна, что он не заметил, как всё съел. Эх, добавочки бы, но Лукерья забрала у него тарелку с ложкой.
- Тебе после голодовки и такой нагрузки, больше нельзя. Может получиться заворот кишок. Потерпи до вечера. А вот взвару можешь пить сколько влезет.
Взвар был приготовлен из сушёных ягод в котелке, висящем на треноге, над шаявшими углями. Чуть сладковатый, с лёгкой кислинкой, терпкий и ароматный.
- Ну, что, Лукерья? – обратился Моррис, смакуя взвар. – Твоя очередь рассказывать о себе. А питьё замечательное. Вкус необычный, но для мага весьма полезный – бодрит и Силу восстанавливает.
А тем временем…
֎ ֎ ֎
Глава 3. Филантей
Филантей стоял словно в вакууме, в момент лишившийся всех ощущений. Не чувствовал лёгкого ветерка, не слышал птичьих голосов. Вот только что они, переговариваясь и посмеиваясь, шагали в сторону избушки, держа в руках полные лукошки – и вот их нет. Вспышка блуждающего портала в единый миг лишила его друзей. Именно друзей, а не просто подопечных, пассажиров и жильцов. Придя в себя от полного ошеломления, Филантей вдруг почувствовал себя одиноким, старым и никчёмным домовым. Домовым, кем были его предки.
Он ещё постоял некоторое время, уперев взгляд в то место, где исчезли Лукерья с внуками и фамильярами, словно надеясь на чудо. Но чуда не произошло. Тяжко вздохнув, Филантей, едва переставляя ноги, поплёлся в избушку.
Дверь открылась со страдальческим скрипом. Прошёл в спальню. Половицы старчески проскрипели, отозвавшись на каждый тяжёлый шаг. Но он ничего не замечал. Подошёл к топчану и, взобравшись на него, затих...
Филантей не помнил, сколько провалялся на постели Лукерьи с внуками. Он просто отключился. В сознание его привела засвербевшая, но неуловимая мысль. Он старался её ухватить, но она ускользала, не сформированная, не понятная, не досягаемая…
Наконец ему надоело за ней гоняться, и он снова начал погружаться в забытьё. Но настырная мысль вдруг ужалила его сформированной и осознанной. Филантей подскочил на огромном для него топчане, затряс головой, окончательно приходя в себя.
- Как тут мог появиться блуждающий портал? Почти рядом с источником Силы! И я хорош! Раскис, разнюнился! С жизнью распрощаться собрался! Идиот старый! Отрыжка грахта грыщатого! – вслух костерил себя на чём свет стоит домовик-механик, мечась по избушке. – Чуть свой домишко не угробил! А где Лукерья с внуками жить будут, когда вернутся? А они вернутся! Обязательно вернутся, – уверенно, убеждая себя, проговорил Филантей. – Втроём они сила! Они даже сами не понимают, какая они сила. Только бы были вместе. А я-то чего раскис? Совсем мозги набекрень съехали! Надо Кураторам сообщить. Вдруг они проглядели исчезновение Участников.