- Ты бросила меня, - холодно заметила блондинка.
- Ну, - Эл слегка замялась: почему-то такая причина обиды компаньонки ей в голову не приходила, хотя среди вариантов был даже потерянный где-то платок, - всё же обошлось... в итоге.
Яританна промолчала, проявляя тем самым почти преступное равнодушие к благородному порыву тонкой травницкой души. Попытка примирения должна быть ценна сама по себе и приветствоваться в первую очередь принимающей стороной. Эл почувствовала, как приутихший было боевой запал вновь поднимается нестерпимым раздражением.
- Ты...ты... - Алеандр замялась, борясь с неловкостью и робостью от странной обстановки, - ты тоже постоянно пыталась меня бросить при любой заварушке! И со змеем тем, и с извращуном, и вообще...
- Ты осознанно бросила меня одну в плотоядном лесу наедине с агрессивными покойниками.
На этом вопрос оказался исчерпан. Не то чтобы травнице не было чего возразить на подобное обвинение, просто Чаронит перестала её слушать. Лёгкая глухота, появившаяся после первой встречи с Триликим, замечательно способствовала уединению и помогала сохранять спокойствие. Девушка даже на какой-то момент задумалась, а не отказаться ли ей от услуг целителей в дальнейшем во имя сохранения этого странного ощущения умиротворения и отстранённости. Когда все звуки окружающего мира доходят до тебя с некой задержкой, словно смягчаясь, то создаётся ощущение, что и мир вокруг становится несколько мягче. Для некроманта, необученного и ещё весьма нестабильного, крайне важно ощущать мягкость мира и гармонию с ним, иначе мир ощутит небольшой локальный геноцид, оживление ряда кошмаров и полную дестабилизацию энергетического фона.
"Интересно, как там мама справляется? - подумала девушка, желая отвлечься от чувства раздражения, что на ближайшие месяцы станет для неё фоновым. - В малых городах должен быть меньший наплыв тварей, им просто нечего делать без достаточного излучения. С другой стороны, не факт, что, кроме столицы, хоть где-то организовали нормальное сопротивление. Следовало бы сразу проверить их с Чугрием. Впрочем, предки весьма безалаберны с теми, кто не наследовал их крови, так что могли ещё хуже сделать. Печально, конечно, что болтуна изъяли, но не уверена, что сейчас будут работать артефакты. Да и матушка скорее перенервничает, скажи я ей что-то вроде: "не волнуйтесь, я недавно с того света и пока посижу у инквизиторов, но внуки у Вас будут точно". Лучше потом побыстрее выбраться домой. Ремонт понадобится в любом случае, так что нужно проверить сохранность денег, как-то не верится в пожизненное содержание от нашего княжинушки-дубинушки. Он уже трёх жён извёл, чтоб отступные при разводе не платить, так станет ли с посторонним церемониться. И сколько мне ещё здесь торчать?"
Нельзя сказать, чтобы Чаронит изнывала от нетерпения или томилась неизвестностью, скорее ощущала некую нелепость происходящего фарса с допросом и усиливающийся голод. С театрализованным представлением Важича, так неожиданно продвинувшегося (не иначе, как с доброго пинка) по карьерной лестнице, всё было относительно понятно. Девушка и не ожидала от него выдающейся сообразительности или дипломатических изысков, хорошо ещё, что хватило осмотрительности не запирать их в подвале. Лёгкое разочарование, конечно, осталось горьким послевкусием от суетливой транспортировки, но относилось более к человеческой натуре в целом, чем конкретному её проявлению. Яританна никогда не испытывала особого единения с людьми, а, ощущая вокруг страх и трепет, всё больше проникалась пренебрежением. Её натура была к нему более склонна, чем к самолюбованию. А вот голод представлялся серьёзной проблемой. Раздражение посредством определённых усилий подавлялось самоубеждению. Раздражение в купе с голодом грозило уже появлением идеи фикс, если не сказать, Великого Бздика. Великий Бздик в воплощении рядового подмастерья уже нёс немало разрушений, последствия его для некроманта же обещали быть впечатляющими. Кормить опасных пленников, явившихся буквально с того света, любезные инквизиторы явно не собирались.
Яританна осмотрела выделенный для их изоляции колодец, без окон и базовых удобств и решительно подошла к единственному во всей комнате дивану.
- Что ты делаешь? - подозрительно прищурилась Алеандр, всё ещё ощущая лёгкую обиду за бесцельно потраченные усилия к примирению.
- Разве не заметно? - блондинка проверила прочность и удобность вычурных подлокотников и мягкость сиденья.
- Т-только не говори, что ты здесь ляжешь? - с неким почти благоговейным трепетом подал голос Стасий, которому подобная небрежность к вопиюще дорогой мебели казалась с родни святотатству, тем более в исполнении некроманта.
- Разумеется, - Яританна невозмутимо устроилась на просторах белого монстра и отвернулась спиной к сокамерникам. - Не на полу же мне спать.
- Так ты ещё и спать собралась!?! - вскричала Эл, не выдержав долго давления собственной благовоспитанности и кротости.
Как же её возмущало подобное легкомыслие и безразличие, граничащее с прямым оскорблением устоев мирозданья и социальных норм! Если по неписаным правилам, предзаданным людям ещё дикими инстинктами, в какой-то ситуации следовало робеть, чуть боголепствовать или хотя бы теряться, равнодушие должно было бы расцениваться настоящим преступлением. Особенно если равнодушие проявлялось не эпическим героем, стоически сносящим испытания, а угрюмой чародейкой с дурным характером.
- Послушай, у меня был не самый хороший день, - проговорила та самая чародейка, прикрывая косым подолом казённой хламиды исцарапанные кленки. - По твоей вине я не смогла выспаться прошлой ночью, потом оказалась на пределе резерва и вынуждена была шляться по загробному миру. Я просто хочу спать.
- Н-но как можно спать в такой обстановке? - разумно заметил Стасий, пока его пышущая негодованием сестра не вытворила что-нибудь, что могло привести некромантку в неистовство.
- Весьма комфортно, - ответила Яританна, хотя скрюченная поза тому и противоречила. - Свет, конечно, ярковат, зато тихо и безопасно. Не думаю, что удалось выбить всю нечисть из города.
- Э-э-э... тебя наша дальнейшая судьба не волнует совсем?
- Ваша? - от удивления Яританна даже обернулась, будто спрашивая у вопрошавшего молодого человека, не вздумал ли он поиздеваться. - Не слишком. Мне ничего не посмеют сделать. Когда я в таком состоянии духа, то делать мне что-либо крайне нежелательно.
- Как ты можешь, так себя вести!?! - подпрыгнула на своём места Алеандр. - Будто ничего не случилось! Будто над нами не висит неизвестность!
Некромантка тяжело вздохнула. Никто и не догадывался, как тяжело ей дался этот вздох.
- Просто знаю, что будет дальше, - пояснила она тем самым терпеливым тоном, который обычно отбивает желание продолжить беседу. - Знаю, что будет завтра, через месяц иль через год. Видишь ли, Могучи очень любят составлять планы.
- Это ужасно! - не вняла угрозе Алеандр. - Как можно жить, зная наперёд всё, что случится!?!
- Здесь ключевое слово "жить". И это превосходно.
Некромантке пришлось перевернуться так, чтобы свободным оставалось только оглохшее ухо.
Игнорирование проблемы подчас приводит наилучшим последствиям.
Год спустя
.
Есть вещи, которые меняются сами собой, непринуждённо и естественно, просто потому, что такова их природа. Есть вещи, чьё изменение всегда происходит через усилие и слом, корёжа установленный порядок, мешаясь и рубцуясь. А есть то, что остаётся неизменным. Именно на нём и держится основа мира, опасливо балансируя подобно валуну на скользкой гальке. Именно такие мелочи способны стать гарантом преодоления любых невзгод и символом возрождения, дающим силы двигаться вперёд. Именно к таким вещам можно было отнести кабинет Главы Замка Мастеров.