Письмо от Ишима застало меня врасплох. Я ожидала, что мне его принесет Рахиль, подпрыгивая от радости и размахивая плотным листом бумаги, украшенным фамильными вензелями. Примерно так я это себе представляла, потому-то и следила за тем, кому именно пишет Рахиль. Однако в какой-то момент я просто увидела, что на моем подоконнике лежит аккуратно свёрнутый сероватый тонкий лист. Лишь знакомый полукруглый твердый почерк убеждал меня в том, что послание и в самом деле пришло от Ишима.
«Мы должны встретиться. Это срочно. Не бери с собой Рахиль».
- Очень информативно, - проворчала я, прочитав это даже не письмо, а простую записку. – Я бы даже заподозрила здесь ловушку, господин Ишим, нельзя же так общаться с союзниками.
Сделав несколько кругов по комнате, я немного успокоилась. Ну в самом деле, мало ли какие могли быть у Ишима обстоятельства: он мог попытаться предать меня и убить, а потому не хотел, чтобы это видела Рахиль, но подобное просто глупо. Его сестра оставалась у нас, а мой папа нашел бы, как максимально мучительно выместить на ней свою злость. Скорее всего, у него просто плохие новости, и он не хотел расстроить любимую сестрёнку.
Я подошла к своему столу и начала набирать ответ с согласием, указанием места и времени встречи, но в этот самый момент виски пронзила острая боль. Я схватилась за голову в попытке переждать внезапный приступ, однако боль лишь усиливалась. Я застонала, не зная, что мне делать, но в этот самый момент в моих мыслях раздался голос Джеймса.
«Лилит, Заир призвал меня к себе. Я смогу сопротивляться ему, но лишь до полуночи. Помоги» - так сказал мне лучший друг-вампир. Когда послание закончилось, боль в висках тоже утихла. Я откинулась на спинку кресла, переживая облегчение от того, что могу соображать и снова владеть собой, что кажущаяся бесконечной мука прекратилась.
Когда перерыв закончился, я снова уставилась на лист бумаги, уже исписанный и готовый к отправке. Нет, так решительно не годилось. В соответствии с самым действенным законом мироздания все неотложные дела в моей жизни появились одновременно. Впрочем… Я хихикнула, представив себе весь масштаб замысла, но все же порвала в клочья уже ненужную записку и начертила шестигранный портал.
Глава 8
В академии вовсю шли занятия. Я спокойно, даже неторопливо зашла в общежитие и собрала свои вещи. Люси наверняка училась, поскольку я ее не застала. Поразмыслив, я быстро набросала соседке несколько строчек благодарности и оставила ей в подарок одно из самых дорогих украшений. Принимать или нет – это было дело Люси, но я свои обязанности по отношению к соседке по комнате сочла исполненными и поспешила дальше.
Наконец-то я добралась до ректора и объяснила ему, что больше не собираюсь посещать занятия. Высокий статный эльф, выглядящий как ухоженный мужчина среднего возраста, пытался отговорить меня, но я отчётливо видела, что он счастлив. Неужели я причинила ему столько неудобств тем, что училась здесь? Мда, вот уж о чем даже не думала, так об этом.
Выйдя из кабинета ректора, я кинула быстрый взгляд на часы и удовлетворённо кивнула. Через пятнадцать минут у Ишима должно было начаться занятие по полетам, и я сомневалась, что он мог отменить уроки из-за каких-то личных дел, даже очень важных. Долг, долг и ещё раз долг – вот девиз моего ангела. Отступал он от этого правила только ради своей любимой сестрёнки, но с ней-то как раз все было хорошо.
Мои расчеты оказались верными: студенты бодро спешили к площадке полетов, я же, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, подобралась к тому месту, откуда обычно Ишим читал свою лекцию.
Преподаватель явился вовремя. Я с облегчением уселась прямо на нагретый солнцем каменный пол и прикрыла глаза, вслушиваясь в голос любимого ангела. Он рокотал, уводил куда-то в небеса, все дальше и дальше, он дарил мне надежду и уверенность. Увлекшись, я едва не пропустила окончания занятий, но вовремя выглянула из своего укрытия и показалась Ишиму. Тот сбился с завершающей речи, но все же не дал никому понять, что он сбит с толку.
Студенты в этот раз были очень удивлены, потому что их любимый преподаватель не рванул в небо, как это было заведено всегда, а остался стоять на месте, напряжённо вглядываясь в небеса. Они несколько раз оглянулись назад, но все же были вынуждены разбежаться по следующим занятиям и другим делам, так что вскоре на площадке мы остались в одиночестве.