Обращает на себя внимание, что нередко среди бизнесменов, коммерсантов, от которых зависят та или иная сделка, контракт, встречаются люди, весьма далекие от настоящего мира бизнеса. ЦРУ ловко подставляет на широком поле экономических отношений подкупленные фигуры. Цель таких манипуляций понятна: прибрать к рукам торгово–экономические связи между Советским Союзом и Испанией.
Практически весь 1978 год на улицах многих городов страны вспыхивали перестрелки, чинились насилия, совершались террористические акты, лилась кровь. Вспоминаются и некоторые события прежних лет — например, нашумевшее дело об убийстве члена совета королевства, председателя фракции в кортесах от баскской провинции Гипускоа Аралусе–и–Вильяра, его шофера и трех полицейских в городе Сан—Себастьяне. Испанское правительство наделило все службы безопасности безгранично широкими полномочиями «с целью задержания террористов». Демократические партии и организации Испании, международная общественность осудили акт терроризма. Выстрелы в Сан—Себастьяне вызвали напряженность, породили атмосферу недоверчивости. Особенно это ощущалось в стране басков. Этот суровый по осени край, лежащий далеко от проторенных туристических маршрутов, исторически пережил много невзгод и мрачных дней. Более сорока лет тому назад авиабомбы немецко–фашистского легиона «Кондор» обрушили смерть, смели с лица земли деревню Гернику, а танки и минометы итальянских и марокканских наемников в Бильбао и Сэнтэндере утюжили улицы гусеницами, поливали свинцом отряды бойцов республиканских войск. Ныне на месте страшных пепелищ отстроилась, выросла новая Герника. В условиях новой Испании налаживается жизнь и в Бильбао, Сэнтэндере.
Но люди, одетые в мундиры с блестящими пуговицами, вооруженные до зубов, по–прежнему мелькают на дорогах страны. Если бы еще полицейские и прочие силы «поддержания общественного порядка» занимались только поисками террористов, карали подлинных врагов народа, политический климат в Испании быстрее приобрел бы совсем иную окраску. В Мадриде один из руководителей рабочих, Хулиан Ариса, рассказывал, как жандармы застрелили 19-летнего антифашиста лишь за то, что он написал на стене понятные и близкие каждому рядовому испанцу слова: «Работы!», «Свободы!», «Хлеба!». Хоронить Франсиско Хавьера вышел весь курортный город Альмерия. Народ выразил солидарность с молодым патриотом и грозное «нет!» аппарату репрессий и насилия. Но в Испании производятся аресты прогрессивных деятелей, устраиваются облавы, налеты, слежки. Промышленность продолжает клепать стальные наручники и дюралевые параши для главной тюремной цитадели Карабанчель.
В середине июля 1978 года почти неделю в Памплоне, Сан—Себастьяне, Бильбао, Витории не прекращались волнения, которые вновь привели к созданию в баскских провинциях напряженной обстановки. Была парализована практически вся жизнь в этом районе. Волнения вспыхнули после расправы полиции над участниками мирной демонстрации в Памплоне, которые выступили с требованием о всеобщей амнистии и освобождении заключенных. При разгоне демонстрантов один человек был убит и более 150 ранены. В знак протеста против произвола полиции в различных городах страны басков состоялись митинги, прошли массовые манифестации.
По призыву демократических профсоюзов и левых партий трудящиеся баскских провинций объявили всеобщую забастовку, выразив тем самым свое возмущение действиями полиции. Местная печать указывала, что правые силы пытаются использовать эти волнения в своих целях. Газета «Диарио‑16» отмечала в этой связи, что подразделением полиции, разгоняв–шей мирную демонстрацию, командовал член профашистской организации «Новая сила». Газета «Йа», со своей стороны, сообщала, что 23-летний Герман Родригес, погибший в Памплоне, был убит членами ультрареакционной организации «апостолический антикоммунистический союз Испании».
Обстановка вновь накалилась после убийства в июле 1978 года начальника одного из управлений министерства обороны бригадного генерала X. Санчеса Рамоса и его адъютанта Хуана Переса, когда они выходили из дома.