Дмитрий Чайковский, уроженец Минской области, жизнь прожил долгую. Сейчас ему 65 лет. Но у любого убийцы и подонка количество прожитых лет прямо пропорционально количеству совершенных против своего народа преступлений. Едва гитлеровцы оккупировали Минск, буквально с первых дней, Чайковсхсий предложил свои услуги карательным службам. Он составляет списки партийных работников, активистов, советских патриотов, становится во главе созданной гитлеровской разведкой националистической организации «Белорусская служба батьковщине» (БСБ), получает за свое лакейское усердие чин старшего лейтенанта германской армии. Карьера предателя идет по восходящей. В 1943 году его назначают заместителем начальника учебного центра БСБ в городе Слониме, затем в Минске, а в 1944 году направляют в Берлин. Там в штабе еще одного гитлеровского детища — «Белорусской краевой обороны» (БКО) — он занимается вербовкой кандидатов в Дальвитскую диверсионно–разведывательную школу и некоторое время преподает там специальные дисциплины. В январе 1945 года, за пять месяцев до полного разгрома третьего рейха, гитлеровская военная разведка прикомандировывает Чайковского к так называемой «первой гренадерской штурмовой бригаде», сформированной из предателей и отпетых уголовников, уже в чине капитана… Американская военная разведка спасла преступника от уготованной для него за совершенные злодеяния петли. Спасла, естественно, не из альтруистических побуждений, а имея в виду совершенно определенную цель — использовать Чайковского для сколачивания всякого рода националистических антисоветских группировок. С годами вербовочная прыть агента ЦРУ ослабла. Поэтому с 1954 года его направили на более «спокойную» работу — в качестве сотрудника РС.
Минск — город большой. И встретиться двум людям, тем более во время войны, было совсем не просто. Но, как говорится, рыбак рыбака видит издалека. Надежда Абрамова, конечно же, не могла пройти мимо Дмитрия Чайковского. Они познакомились в СД — гитлеровской контрразведке, агентом которой Абрамова стала сразу же после фашистской оккупации Минска. Прикрываясь специальностью врача (а она действительно была участковым врачом в Минске), Абрамова вела активную работу по выявлению и выдаче фашистским властям советских людей, связанных с партизанами или помогавших им. На ее совести много загубленных жизней соотечественников. Так же как и Чайковский, Абрамова принимает участие в создании националистической организации в Белоруссии. Правда, в сферу ее деятельности входит «работа» с молодежью. Она выступает с призывами вести тотальную борьбу против Советской Армии, прибегая к шантажу, заставляет некоторых неустойчивых молодых ребят искать советских патриотов–подполыциков и выдавать их гитлеровцам… Кровавые «заслуги» Абрамовой были высоко оценены. Фашистский палач Белоруссии В. Кубэ самолично наградил ее медалью второй степени. Абрамовой, конечно же, нельзя было рассчитывать ни на какое милосердие даже союзников, если бы она попала им, что называется, под горячую руку. Поэтому Надежда Абрамова «умерла». Формально, естественно. А вместо нее «родилась» Мария Теодорович. Под этой фамилией военную преступницу и завербовала в Мюнхене, где Абрамова—Теодорович оказалась после войны, американская разведка. Антисоветская прыть новоявленного агента ЦРУ пришлась по вкусу американцам. Теодорович вместе с Чайковским работает по сколачиванию националистического отребья, затем ее определяют в так называемый «Институт по изучению СССР», являвшийся филиалом РС.
После ликвидации «института» Теодорович перевели в исследовательский отдел РС, занимающийся планированием подрывных и других акций против Советского Союза. Ныне гитлеровская пособница, достигшая уже пенсионного возраста, пребывает в Вечном городе, где по заданию ЦРУ и под крышей некоего литературного учреждения стремится распространять антисоветскую литературу среди советских граждан, приезжающих на Апеннины, а также пытается организовать нелегальную засылку этой литературы з нашу страну. Надо сказать, что пристрастие бывшего Участкового врача к литературе началось еще в период гитлеровской оккупации Минска. Именно тогда Абрамова стала пробовать свое перо на страницах профашистского издания «Белорусская газета», редактором которого был Антон Адамович.
Это еще один предатель. Он вместе с Абрамовой пытался сколачивать в Белоруссии националистические группировки, вместе с ней вел «идеологическую» работу среди молодежи. «Заслуги» гитлеровского прихвостня тоже были замечены. В 1943 году Адамович был направлен в геббельсовское министерство пропаганды в Берлин, где, дождавшись капитуляции Германии, перебежал к американцам. И уже затем через соответствующее подразделение ЦРУ оказался в русской редакции «Комитета радио «Свобода» в Нью-Йорке…
Таковы портреты в профиль и анфас некоторых «кадров» на «Свободе», которых американская администрация в «Основном положении о работе всех подразделений радиостанции «Свобода» называет «…голосом бывших советских граждан…».
Каким же может быть «голос» всех этих предателей и палачей, людей без родины и без совести, со столь похожими друг на друга биографиями? Правда, есть и другие, так сказать, «голоса». Этих «деятелей» называют «вторым» или даже «третьим» поколением антисоветчиков, души которых проданы за тридцать сребреников. Это бывшие советские граждане, которые, уехав под разными предлогами из СССР (обычно для «воссоединения с родственниками», проживающими в Израиле), оседают чаще всего в Мюнхене, где находится упоминавшаяся нами радиостанция «Свобода».
Биографии антисоветчиков «нового поколения», как правило, короткие. Вот, например, семейство Махлисов (муж и жена), которые ходят по коридорам «Свободы», взявшись за руки, умиляя всех своей молодостью и ярой приверженностью сионизму. Так и говорят встречному и поперечному: «Мы ярые сионисты». Леонид Махлис родился в 1945 году. В 1971 году окончил факультет журналистики МГУ и махнул в Израиль. Естественно, для «воссоединения»… Его жена Илонна Александрович — дочь певца Михаила Александровича. Когда–то папаша был модным исполнителем неаполитанских песен. Сейчас поет религиозные псалмы в синагоге в Торонто. Люто ненавидит Советскую власть. Но по немощи своей на «Свободе» выступать не может. Поэтому пристроил туда свою дочь. Та хоть не поет, но вещает в качестве диктора исключительно на антисоветские темы. Илонна попала на РС не сразу. Поначалу она с мужем работала на израильской радиостанции. Супружеская пара влипла там в какую–то аферу и, естественно, нашла свое спасение на «Свободе»… Людей без грязных пятен з биографиях туда, как известно, не принимают.
Такое вот «пятно» было и у Льва Ройтмана. Вернее, не было, а появилось. Сначала все шло нормально. Старший инженер киевского управления «Транспромналадка» работал, как и все, и плюс к этому учился на заочном отделении юридического факультета. Знакомые Ройтмана отмечали лишь большое пристрастие Льва к карточной игре и неуемное его желание заработать как можно больше денег, не гнушаясь иногда «коммерческими» операциями по перепродаже импортных вещичек. В 1967 году Ройтман, завершив юридическое образование, стал работать в киевской областной коллегии адвокатов. И вот тут–то и появилось «пятнышко», которое выразилось в склонении потерпевшей (по делу об изнасиловании) к отказу от прежних показазаний и даче заведомо ложных свидетельств — за соответствующую мзду, разумеется. Ройтмана с работы уволили. Выждав некоторое время, он подал ходатайство о выезде на постоянное жительство в Израиль для «объединения семьи» с родной тетей по матери — Эсфирью Кауфман, проживающей в Тель—Авиве. Получив разрешение на выезд, Ройтман направился не в израильскую столицу, а в американский город Нью-Йорк. Там он развелся со своей первой женой, которая выехала вместе с ним. Бросив супругу и ребенка в чужой стране, Ройтман женился вторично. Новая подруга — Шерон Голлер оказалась членом небезызвестной «Лиги защиты евреев». Она–то и привела своего мужа на РС, где Ройтман, сменив свою фамилию на Ростова, вернее, Леонида Борисовича Ростова, стал регулярно выступать перед микрофоном по проблеме «юридической системы в СССР». Вы, конечно, можете себе представить, что это были за выступления…