Глава 3
Новый дом
— Исхар! Что нам теперь делать? Женщина с мольбой смотрела на мужчину, который угрюмо взирал на своего сына.
— Я не знаю, Лия… Мы находимся на краю мира, так далеко мы ещё не забирались. Нас тут никто не знает, и помогать пришлым так просто не будут.
— Он ведь может умереть. Простонала девушка и снова проверила повязку на шее. — Зорус, последняя надежда на продолжение нашего рода и если его не станет, то никто о нас не вспомнит… Женщина заплакала не договорив.
— Он выкарабкается. Уверенно произнёс Исхар. — Ты сама говорила, что не чувствовала в нём жизни, но потом его сердце вновь забилось. Раз он прошёл по кромке и выбрал жизнь, то будем надеяться, что всё будет хорошо. Мы сейчас в таком положении, что хуже не придумаешь. Ресурсы машины истощены, погоня дорого нам обошлась, но это дело наживное. Конденсаторы накопят влагу, солнце зарядит батареи, реактор заполнен на 45% и исправно работает. Хоть это приобретение стоило своих денег. Тихо пробормотал мужчина. — Нам нужна передышка, прежде чем мы снова двинемся в путь, иначе нас могут застать врасплох, и мы погибнем все вместе. Та карта, которую нам продали эти мерзкие шакалы, оказалась пустышкой. Внушительный кулак ударил по металлическому ящику, но облегчения это не принесло. Исхар возлагал большие надежды, что в этом далёком краю, они найдут хорошие ресурсы и места силы, смогут наполнить накопители и раздобудут товары для обмена. По дороге могли попасться и старые руины, а это уже шанс найти артефакты и ещё много всего интересного, что могло бы улучшить их положение. Он думал, что после великой войны тут никого нет, ведь выжило не так и много людей, но он ошибся, окраины оказались населены более плотно, чем центральная часть материка. Пустынные разбойники имеют тут базу, это очевидно, так как их транспорт не предназначен для долгих переходов и это большая проблема. Сейчас они смогли укрыться среди скал, но кто знает, как быстро их могут обнаружить, ведь эта территория им известна, в отличие от местных.
— Нужна разведка, без неё я как слепой котёнок. Решено. Подойдя к сейфу, намертво прикрученному к стене и замаскированному под обычный распределительный щиток, Исхар быстро открыл дверцу своим ключом и взял в ладонь светящийся круглый камень. Это был артефакт, очень дорогой артефакт, созданный ещё до великой войны и способный исцелять сильные раны. Вернее мог исцелить, сейчас от былого сияния осталось лишь жалкое подобие, его силы хватит лишь на слабое воздействие, после которого он неизбежно потеряет свои свойства. Зарядить его могли лишь люди, помнящие методы работы с энергиями, и стоить это будет очень много. Скорее всего, их просто убьют ради этой вещи, если узнают про неё. Ведь во время войны, большая часть таких артефактов была утеряна или истощена, и теперь они являлись лишь предметами коллекции, на которые можно было смотреть, но толку от них не было. Именно ради зарядки таких артефактов и требовалось собирать энергию из мест силы, которых осталось на планете не так и много. Те же, кто ещё умел оперировать энергиями, дорого платили за такие накопители и за информацию о таких местах, которые они с женой и искали. Их исследовательский модуль был разработан для мирных целей, но война перевернула всё вверх ногами и теперь такую автономную машину, способную передвигаться на разном виде топлива и на большие расстояния, хотели иметь все. Право обладать ею приходилось доказывать силой, и очень часто. Семья жила практически на военном положении с того самого момента, как прежние устои рухнули.
— Лия, возьми. Девушка протянула руку, но когда увидела, что в неё положил её муж, тут же обняла предмет второй ладонью и взглянула ему в глаза.
— Если состояние Заруса ухудшится, используй его. Это единственное, что у нас есть. Я ухожу на разведку, меня может не быть несколько циклов.
Лия покорно склонила голову, не смея оспаривать волю мужа. Она понимала всю тяжесть положения, в которое они попали, и была благодарна Исхару, что он не пожалел самого дорогого, что могло дать надежду на спасение сына. Она крепче сжала артефакт, что лежала у неё в ладонях и посмотрела на мужа, собирающего снаряжение в дорогу. Они выберутся, не из таких переделок выбирались. Если будет надо, они перебьют этих шакалов по одному, выслеживая их цикл за циклом.
Я слышал и понимал всё, что говорили эти люди. Мне не требовалось знать их язык, который был больше похож на японский. Он был как ручеёк в устах Лии и рассекал воздух как самурайский меч в устах Исхара. Моё сознание не было ограничено органами чувств и мозгом. Я находился в просветлении. Это состояние, когда человек полностью отсекает мысли и сознание переходит в ментальное тело. Я чувствовал больше, я видел больше, я знал больше. Мозг где-то на заднем фоне пытался до меня достучаться, но я игнорировал его, он слал мне разные образы и умолял вернуться, а я изучал состояние, в котором находился. То, ради чего гуру нашего мира посвящали многие годы усердных тренировок, получилось у меня благодаря тому, что я боролся за выживание и насильно отключил поток мыслей, исходящих от мозга, чтобы ни на что не отвлекаться. У меня не было другого выбора, я сделал последнюю ставку и желал жить. Мой переход в ментальное тело был похож на то, как будто я провалился, ощутив на краткий миг, как захватило дух, и мир вокруг меня расцвёл в его истинном обличии. Я чувствовал эмоции и любовь Лии и Исхара по отношению ко мне, и моё сердце разрывалось от ответных чувств по отношению к ним. Я видел безжизненную землю, пострадавшую от мощного оружия населяющих этот мир людей и чувствовал её боль. Я чувствовал, что ни смотря не на что, земля жива и даже в таком состоянии даёт энергию для живущих на ней. Она хотела снова расцвести и вернуть былую красоту и изобилие. Моя душа понимала и чувствовала всё это, и терзалась чувствами о том, как я могу покинуть этих людей и мир, который почувствовал меня и замер, в надежде на мою помощь.