«Да ты задолбал!»
«Третья рука» выстрелила вперёд и схватила за шею обвешанного артефактами говнюка. Снова вспышка, но мне было уже по барабану, третий глаз не имеет сетчатки. Тело старика очень быстро полетело навстречу, и на секунду я испугался, что сломал ему шею, но не тут-то было, этот старпёр подскочил как ужаленный около моих ног и саданул в меня молнией. «Щит» сдержал, и обратно прилетел хук снизу.
— Обратное сальто! Не удержался я от комментария, пропустив перед собой голые пятки. Не знаю, кажется, в какой-то момент у меня сорвало кукуху, но вся эта ситуация стала меня забавлять. Два старика месят друг друга глухой ночью.
«Броня крепка и танки наши быстры!» Энергии хватало, я был быстрее, всё было под контролем и оставалось дожать противника. «Тень» выпускать не хотелось, она могла прикончить того, кто должен был ответить на мои вопросы, но в качестве последнего слова держалась наготове.
— Соломон! Я переломаю все твои старые кости, если ты не успокоишься! Для убедительности вывернул ему ногу под неестественным углом, пока он пытался встать. На такой шаг меня подтолкнуло то, что осьминоги продавили защиту торговца, и он стал сдавать позиции на глазах. Ночной город огласил вопль боли.
— Пощади! Не убивай!
Отозвав пространственные конструкты на свои места, подтащил старика поближе к машине и начал допрос: — Рассказывай всё!
— Что?
— Всё блин! Как ты тут оказался, пароли, явки, как сдал меня и девчонок Шагазу! Не заметил, как перешёл на русский мат, отчего Израильтянин резко побледнел.
Старик выглядел жалко, потрепанная одежда, рот перекосило, губы тряслись, но через некоторое время он сделал несколько глубоких вздохов и дребезжащим голосом начал рассказ. — Там, на родине, указал он пальцем куда-то себе за спину, в наших книгах описано всё, об истинном мироустройстве. Мы знаем, что над нами купол, есть даже рисунки в книгах. Это ни для кого не секрет, Русские тоже могут купить себе такие издания, но никто не верит. С давних времён мы служим тем, кто пасёт всё стадо на Земле.
— Рептилии?
— Не только, есть Серые и прочие расы в союзе с ними. Кто-то ставит эксперименты, другие качают энергию, третьим интересно наблюдать за всеми как в шоу. Мы копим ресурсы для них и подталкиваем людей в нужном для них направлении, свобода Воли, слышал наверное. Нельзя заставить, можно только сделать так, чтобы люди сами согласились идти по этому пути. А очутился я тут потому, что рискнул обмануть тех, кто следит за распределением душ между ячейками. Вздохнув, и помолчав немного, он продолжил. — Я не накопил достаточно ресурсов для того, чтобы меня отправили в лучший мир, где нет злости и обмана.
«Ага, первый парень на деревне». – Что за ресурсы им нужны?
— Драгоценные металлы, камни и всякое такое.
— Вот для чего вы лезете во все банковские сферы и подмяли под себя огранку алмазов?
— Ну, почему бы не совместить приятное с полезным. Можно хорошо жить и копить на следующую жизнь.
— А забирают они всё это как?
— НЛО, шары такие под маскировкой.
— То есть, никакого золотого запаса в хранилищах нет? На мой вопрос старик лишь улыбнулся. — Понятно.
— Как ты оказался в этом теле и в этом мире, на мой взгляд, это не похоже на райское местечко.
— Это моё наказание за обман.
— Ты решил наколоть рептилоидов? Моему удивлению не было предела.
— Небольшая хитрость обошлась мне слишком дорого, не смог пойти против своей натуры.
На некоторое время наступила тишина. Каждый сидел и думал о своём. Информация была шокирующая и открывала глаза на многие вещи. Я даже не обращал внимание на то, что серьга постоянно покалывает моё ухо.
— Ты меня убьёшь? Воспринял по-своему затянувшуюся паузу Соломон.
— Нет. Ты ещё помучаешься в этом теле. Зачем ты нас сдал?
— За гешефт. Я уже стар и мне не хватает времени накопить нужную сумму для следующего перехода, да и эликсир молодости на дороге не валяется.
«Мне бы он тоже не помешал». Вспомнил я о припрятанной бутылочке. — Никуда не уходи, я сейчас. Оставил с ним невидимых убийц, на всякий случай, и сбегал до схрона с вещами.
— Как этим пользоваться? Достал я колбу и показал торговцу. У того от вида вожделенного ресурса ещё сильнее затряслись руки, хотя казалось бы, куда уж больше.