Я закидывая лассо на соседний карниз крыши, делаю шаг назад, но перелететь не решаюсь. Чувство, что сейчас должно случиться нечто ужасное, не даёт мне покоя. Большую часть времени мне было искренне всё равно на жизни многих людей, особенно тех кто шастает по улицам ночью, вместо того чтобы сидеть дома, но видимо ни сегодня.
Я хмурюсь, пытаясь разглядеть вдали хоть малюсенький признак тревоги. Но нет, горизонт чист. Лишь мои демоны играют со мной злую шутку. Я устало протираю глаза и зеваю.
- Ты устала, Эрика, иди спи. - Шепчу я себе. И мысленно соглашаясь.
Я хватая лассо по крепче, хочу сделать шаг вперёд, как улавливаю вдалеке еле заметное движение. Значит мой инстинкт меня всё-таки не подвёл. Кто-то в беде. А может и нет. Проверить всё равно стоит. Возвращаю верёвку на место, наматываю её на левую руку и со всей скорости несусь туда, где только недавно мелькнул человеческий силуэт. Хоть движусь я быстро, наверстать отставание разделяющие меня от человека не получает, он бежит слишком быстро, а я слишком поздно за ним погналась. Что так могло испугать беднягу? Или кто? Я закидывая лассо на карниз, цепляясь за него по крепче и только чудом не скрываюсь вниз, руки дрожат.
Нагнать человека у меня получается только под конец: в этот момент он, как раз, заворачивает за угол и его спина отчетливо мне видна. Это не мужчина, как я думала в начале. Это молодой парень, очень худого телосложения и невысокого роста. Что могло его так испугать, что он, аж, завернул в переулок Заблудших Душ? Гиблое место куда ночью лучше не соваться. Это знает даже ребёнок. Но у меня нет выбора. Парнишка кажется ранен, он странно зажимает одной рукой живот, а другой хватается за горло, слово задыхается. Я заворачиваю в след за ним. Дальше я уже иду пешком, скакать по крышам нет смысла.
Парня мне удается всё же догнать. Он сидит на земле, прислонившись спиной к кирпичной стенке. Глаза его закрыты, а руки по-прежнему сжимают горло. Я присаживаюсь перед ним на колени и слегка касаюсь его рукой, боясь напугать. Парень испуганно распахивает глаза, но тут же успокаивается. Он меня узнал. Чудно.
Парень выглядят ужасно. Глазные яблоки потрескались и налились кровью, губу искусанны, кожа бледная, словно у мертвеца.
- Что случилось? Расскажи. Мне ты можешь доверять. - Ласково шепчу я, нежно касаясь его щеки.
Парень лишь смотрит на меня и молчит, плотно сжав губы, словно пытаясь сдержать непрошенный крик. А затем резко хватает меня за руку и слегка приподнимается с земли. Его руки холодны, славно лёд, я чувствую это даже сквозь костюм.
- Б-беги. Спасайся... Ему нужна ты... О-он убьёт тебя. - хрипит он и начинает надрывисто кашлять.
Веки парня закрываются и он обессиленно отклоняется назад, на стену. Я удивленно глотая воздух, пытаясь переживать происходящее. Что он имел в виду? Кто хочет меня убить? Я снова касаюсь парня рукой, но он не открывает глаза и кажется даже не дышит. Я хватая его за плечи и трясу. Лишь тогда его тело слегка вздрагивает, рот приоткрывается и оттуда выползает огромная белая стрекоза, крылья который полностью испачканы кровью. Его кровью.
Я испуганно кричу и отскакиваю в сторону. А стрекоза тем временем спокойно расправляет крылья и улетает. Я беспомощно смотрю ей в след, ни в силах осмыслить происходящие. Наконец когда мне удается совладать с эмоции, я подползаю к парню и прикасаюсь к нему рукой, проверя пульс. Но бесполезно. Он мертв. Почему-то я в этом не сомневаюсь.
Его слова до сих пор жужжат в моей голове. Кто-то хочет моей смерти. Это было послание или просто случайность? Неужели кто-то знал, что я побегу за ним или это всё же совпадение? Боюсь ответ на этот вопрос мне уже не узнать. Парнишка унес его собой в могилу. Хотя возможно он ещё жив, а может и нет, но так или иначе в этом месте его оставлять нельзя. Говорят, ведьмы здесь отрезают мёртвым пальцы и используют их для ритуалов, а порой даже съедают сердца. Может это всё сказочки для детей, но проверять это на деле, я не хочу.
Я аккуратно приподнимаю парня с земли и закинув его руки себе на плечи, делаю несколько неуверенных шагов. Он оказался гораздо тяжелее, чем выглядел. Намного тяжелее. Я еле-еле перебираю ноги, молясь чтобы только никто не попался нам на пути, иначе конец. В моём новой образе живой мне отсюда определённо не выйти. Это, как пнуть быка под зад в закрытой клетке и пытаться убежать. Бесполезно.
Только сейчас я осознала, что произошло. На моих глазах умер невинный человек, который должен был ещё жить и жить. Но он мёртв. Его безбожно убили. А я ничего не смогла сделать... Жалкая... Жалкая дура...