Бред. Убил он её потому, что трус, которого загнали в угол. Вдобавок — медленно сходящий с ума из-за воздействия Смерти, которую упорно не желает принимать.
И вот с такими людьми приходится работать!
Это я ещё про Сыча забыл…
Вспомнил, вернее.
Аккуратно укладываю медальоны в углубления между выемками для ладоней в соответствии с рунами. Камень чуть заметно вспыхивает и после этого продолжает прикидываться простым камнем.
Этого мало. Очень мало. Так что я режу руку и жертвую камню кровь.
Тоже не сказать, чтобы было достаточно, но убивать тут кого бы то ни было я точно не собираюсь. Не тот тип изменения я планирую, чтобы была необходимость в человеческих жертвах. Да и момент не тот.
Так что надеюсь, что того, что я сейчас сделал, хватит для начала.
Если получится уложиться в сроки, которые мне неизвестны, увы.
Император умрёт не позднее, чем через дней семь. Стало быть, Башню начнут отрезать от магии уже послезавтра. На зал теперь это не распространяется, и, если я проведу всё правильно, то все потоки завяжутся именно на зале, но… Есть ещё и то, что в небе. И тут я вообще не возьмусь строить прогнозы. Потому что…
Как это будет? Огненный шторм упадёт на мир? Потоп? Ураганы? Всё вместе?
Наверх я поднимаюсь даже быстрее, чем спускался. Как ни странно, сейчас ступеньки едва ли не сами ложатся под ноги. Площадке… вернее, подземелью, конечно… так понравились мои действия, что она перестала пакостить?
XI
Вывод — мне однозначно не нравятся блондинки. Хотя это можно было понять давным-давно, учитывая, что моей кузиной является Сая. Но я питал всё это время надежду на то, что Сая всё же исключение из правил, и надо только присмотреться…
Что ж. Несмотря на шикарный внешний вид эйн Дотт только укрепила меня в моих выводах.
Перевожу дыхание, стараясь делать это незаметно. Ну… а вдруг эта дама примет мою реакцию на свой счёт? И приложит меня чем-то более серьёзным, чем сумеречный огонь, с которым не так уж и сложно справиться… и даже сделать вид, что атака достигла цели… Показательно морщусь, потирая то место, куда, по идее, должен был прийтись удар. Медленно отхожу на пару шагов.
— Я приношу свои извинения, — покаянным тоном произношу я, не упуская из виду руки эйн Дотт. Есть у неё, как выяснилось на практике, слабость проводить магию через пальцы. Глупость несусветная — их же в первую очередь блокируют! И чему её только учили в столице?! — Возможно, вы неверно меня поняли?
— Неверно, — щурит полыхнувшие золотом глаза эйн Дотт… заставляя подумать, что, быть может, мы дальние родственники… Колер, во всяком случае, один в один. Смешно. — Вы буквально предложили мне предать мою страну. И как именно неверно я должна была это понять?
— Страну? Спорно. Башня и прилегающие к ней территории не являются частью вашей страны? — Ох. Самому противно от подобного! Терпеть не могу такие споры. Да и… я ж заранее знаю, что именно она мне ответит! — Как преданность стране в целом соотносится у вас с возможностью обречь на медленное умирание жителей пусть и не самого ценного в плане доходов, но тем не менее исконно принадлежавшего Империи региона?
— О каком умирании вы говорите? — прохладным тоном интересуется эйн Дотт. — Течение магии будет восстановлено, как только власть возьмёт наследник.
— То есть — дней десять, не меньше, — киваю. А может быть и больше… пока поток перенаправят, пока он в силу войдёт. Ритуал, опять-таки. И обратное перераспределение, которое вовсе и не обязательно, что сделают. А если и сделают, то совершенно точно урежут как минимум в половину. Потому как — а зачем расходовать магию на такой убыточный регион? Чувствую так и не угасшую за годы злость на отца, который своей увлечённостью интригами позволил этим землям уйти в такой минус, из которого поднимать теперь… не невозможно, конечно, но усилий потребуется столько, что проще позволить сдохнуть. Нет, мне не жаль людей. Мне жаль, что некоторые настолько недальновидны и при этом мнят… мнили, по счастью… себя великими интриганами! — За это время мерзости, которые некому будет сдерживать, вырежут до трети населения. Остальные жители либо попытаются уехать в более защищённые места, ослабляя край, либо придут под стены Башни — требовать справедливости. И хорошо, если это не выльется в бунт. Это ли не умирание?