Три минуты ровно. У меня осталось всего лишь три минуты.
Я закрыл глаза и отключился.
В себя я пришёл уже в больнице поздней ночью. Меня положили в двухместную палату. С соседей койкой у окна нас разделяла светло-розовая плотная шторка, подвешенная на пластиковый карниз к потолку. Из-под двери выбивался яркий свет коридора. Пару раз мимо проходила медсестра, судя по женскому голосу, которая о чём-то спорила с врачом.
Моих вещей нигде не было, на мне же была фланелевая белая сорочка. Чувствовал я себя гораздо лучше, но в голове всплывали картины пережитого. Брат был такой настоящий, такой живой, а мгновение спустя его тело состарилось. А я только смотрел и ничего не смог сделать!
– Каково будет жить дальше с таким грузом? – Голос раздался с соседней койки. Говорившего не было видно, лишь его очертания, тень, отбрасываемая светом уличных фонарей.
– Что… Кто вы?
Тень повернула голову в мою сторону.
– Хочешь спасти его?
В воздухе мерцали электрические разряды, словно вспышки молний. Мимо палаты вновь прошла медсестра. Стоит ли мне позвать на помощь? После увиденного я сомневался, что кто-то в силах мне помочь. Человек ли это или некая сущность, думаю, он не может причинить мне вред, если я не буду использовать часы.
– Я могу вернуть твоего брата к жизни. Но от тебя потребуется плата, – настойчивый голос продолжал пробираться в глубины моего сознания. Заставлял сомневаться в своих собственных суждениях, путал мысли.
– Что вы хотите взамен?
– Твоё время, конечно же. – Голос глубокий, но вместе с тем успокаивающий. Слова звучат естественно и непринуждённо, будто он просит поделиться сахаром для только что заваренного чая. – Твоя жизненная линия длинная, больше, чем у брата. Отдашь своё время – верну ему все минуты его жизни до последней секунды. Катюша вновь сможет увидеть своего любимого папочку.
Я усмехнулся.
– Разве ты не хочешь, чтобы твоя подружка родила здорового мальчика? У него вся жизнь впереди. Грустно будет, если его время кончится раньше.
Вскочив на ноги, я с яростью отдёрнул ширму. На соседней больничной койке никого не было. Давно копившаяся злоба вырвалась наружу. Я дёрнул ширму на себя, из-за чего хлипкий карниз рухнул на пол, разбив стоявшую на тумбочке пустую вазу. На шум сбежались медсёстры. Они долго меня отговаривали, но я был непреклонен.
– Я хочу уйти! Отдайте мои вещи!
Устав со мной спорить, одна из медсестёр вышла из палаты и вернулась через несколько минут с листом бумаги.
– Пишите отказ.
Мне принесли мои вещи. Я вывернул карманы, потряс брюки и облегчённо выдохнул, когда обнаружил часы в небольшом пакете вместе с мобильным телефоном.
Всё так же три минуты.
Я стоял на улице и ожидал открытия метро, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. Стоило дежурному сотруднику снять замок с ворот, как я ворвался в вестибюль. Проездная карточка не сразу сработала, поэтому я торопливо приложил её к следующему турникету.
По эскалатору я бежал. Ступеньки мелькали, быстро сменяли друг друга, отчего у меня закружилась голова. Первый поезд подъехал через восемь минут, которые показались мне вечностью. Я то и дело смотрел на настенные электронные часы, чувствуя, как внутри с каждой секундой нарастала паника.
Маша оставила ребёнка… А я отговаривал её. Думал, вся жизнь впереди, ещё успеется. Но теперь, когда я чувствую, как моё время утекает сквозь пальцы, будто песок, боюсь, что мне его может не хватить. Соглашаться на сделку я не собирался. Пока стоял на улице, я размышлял. Каким образом Хозяин Времени может вернуть Олега к жизни? В конце концов я пришёл только к одному логическому выводу: часы не должны никогда попасть в его руки. Я сам могу спасти его. Но что, если именно моё возвращение в прошлое отняло остаток его времени?
В любом случая я должен, нет, обязан попробовать.
В вагоне не было ни души. Вспомнив время, которое было на часах по дороге к метро в тот день, я торопливо ввёл дату и нажал на кнопку. Не успел прикрыть глаза, как кожу обдало прохладным ветерком. Я посмотрел на часы – время пошло.
Олега я нагнал быстро.
– Ой, какие люди!
Увидев меня, он широко улыбнулся и попытался пожать мою руку, но я увернулся и отошёл на несколько шагов.