Все знают, что владельцем «Андеграунда» являюсь я. Многие девушки часами стоят там ради встречи со мной, но это лишь раздрожает меня. То что они готовы быть шлюхами на одну ночь. Но не скажу, что никогда не пользуюсь их услугами, я уж точно не святой мальчик! Они красивы, но только внешне, внутри они прогнили до мозга костей. Циничные куклы. Все как одна. Прежде чем лечь в мою постель всегда говорю им, что ничего больше секса не будет, хоть они знают это и все равно, с чистым сердцем, раздвигают ноги. Мне плевать. Их никто не заставляет это делать. Это их выбор. Никто из девчонок не задерживается в моей постели дольше чем на одну ночь. Но каждая следующая считает, что она особенная, что именно она «растопит сердце ледяного волка». Наивные. Это даже смешно. В светском обществе меня окрестили недостяжимым. Но все знают, что опасен. Потому как свои проблемы решаю быстро и жестоко, независимо от мнения окружающих, я поступаю так, как считаю нужным. И если я решил уничтожить человека, то я это сделаю и его ничто не спасёт. Так воспитал меня Картер.
Этим утром отец снова спросил о моей личной жизни. Он знает, что постоянной женщины у меня нет и принимает это. Но хочет, чтобы она была. Это одна из тех тем, где мы не можем найти компромис.
Для СМИ и всей элиты я уже три года встречаюсь с дочкой моего партнёра по бизнесу, а также близкого друга Картера. Её имя Андреа Коллинс. Конечно, наши семьи в курсе того, что отношения качественно сфобрикованная липа. Они не одобряют этого, но никто не смеет сказать слова против, поскольку это наше решение. Нам так удобно. Для всего мира мы вместе, когда на самом деле нет никаких обязательств друг перед другом.
Этим утром Картер поднял эту тему снова. Он настаивал, чтобы я получше присмотрелся к девушке. Когда мы окатили друг друга ледяными взглядами, и огромным количеством спокойных, но от того не менее резких слов, я отправился в университет. Хотя, идти туда сегодня не собирался.
Настроение и так было хуже некуда, так еще и эта ненормальная на мою голову свалилась! Упертая, как танк. Или у нее мозг не на месте или открылась внезапная склонность к суициду. Увидев мой гневный взгляд, нормальный человек бежал бы, как от огня.
Даже, те девушки с которыми я сплю, понимают когда лучше заткнутся и не бесить меня. Но не она. Может бессмертная? И вот уже в который раз я задаюсь вопросом: Какого черта она там устроила? Не могла просто рубашку постирать?! Еще и эти ее недвусмысленные комментарии, вообще довели меня до белого каления. Сразу в голове возникла навязчивая идея, о совместной ночи с этой малышкой. Потому как по-другому назвать ее нельзя, она едва достаёт мне до подбородка. Когда злится, у неё мордочка, прям как у котёнка!
И вот мы здесь! В трампункте. Я частый гость в этой платной клинике. Меня знают уже многие врачи, но они были удевленны, когда я сказал, что медицинская помощь нужна не мне, а девушке. Да, девушек я ещё по больницам не возил. Раньше до этого не доходило.
И теперь она сидит в кабинете травматолога уже минут 20. В этом мокром свитере, она все больше напоминает мне маленького нахохлившегося воробья.
Думая об этом, Доминрик улыбнулся. Если заболеет обязательно скажет, что это я во всем виноват! Улыбка поблекла. Тьфу ты, блин! Она назвала меня задницей! Дважды! Любой другой на ее месте уже бы давно рыл себе могилу. И ведь если бы не поймал ее в туалете, наверняка бы головой об кафель ударилась. А она у нее и так не в порядке. Непутевая!
Чего они так долго? Думаю, я не ошибся, там простое растяжение. Переживет. Ничего серьезного. Со всеми может случится. Какого хрена я вообще переживаю об этой сумасшедшей девке!?
Но справедливости ради нужно сказать, что она вполне симпатичная. Волосы цвета вишни у неё от природы? Выглядят натурально.
Внезапно дверь кабинета открылась и в коридор вышла моя непутевая, как я мысленно ее окрестил.
- Что сказал врач? Будешь жить? - не скрывая иронии, я задал вопрос.
- Понесешь меня? - от этих слов я слегка опешил.
- Прости, что? - одернув куртку, переспросил он.
- Хочу на ручки, а то головка кружится, - скорчив забавную рожицу, эта ошибка генетики сделала неуклюжий шаг в мою сторону. Мне ничего не оставалось как подхватить ее на руки, потому как уже второй раз за день, она была близка к тесному знакомству с кафелем.
- Что с тобой? - не дожидаясь ответа, я двинулся к выходу из больничного блока. Решил, что лучше поскорее от нее избавиться, пока еще чего не случилось.
- Все хорошо, мне доктор дал какие-то таблетки, наверно обезболивающие, но от них сильно тянет в сон, - уверенный ответ не как не вязался с видом умирающей девушки. Без стеснения обнимая меня за шею одной рукой, она положила голову мне на плечо, с явным намерением скорее погрузится в царство Морфея.
От нее пахло лавандой и дождем. У меня это ассоциировалось только с одним словом: «свобода». Она походила на загадку. Такая упрямая, вспыльчивая, а в следующее мгновение нежная, такая ранимая на моих руках. Изменчивая, как море. Ее вид вызвал во мне необъяснимое, но от того еще более сильное желание оберегать. Я посторался избавиться от этого приступа синтементальности, но ни черта не вышло.