— Так ужасно и унизительно. — Я чуть помолчала. — А откуда ты настолько об этом осведомлен?
— Да это все вроде бы знают. — Джулиан поднялся со скамьи, протянул мне руку. — Может, немножко пройдемся? Должно помочь.
Я взяла его за руку и двинулась с ним рядом, ощущая в себе странную подавленность. Было прохладное утро, по небу медленно скользили пухлые густые облака, и воздух пронизывало ожидание близкой осени. Широкая Ист-Ривер неспешно несла свои воды вдоль почти что пустой набережной, обычно наводненной и приезжими, и вышедшими проветриться офисными тружениками. Справа от меня река омывала порт Нью-Йорка, где пристали на разгрузку и погрузку несколько буксиров и траулеров. Речной круизный паром двигался вверх по течению, и вдоль его изогнутых леерных перил толпились туристы, которые отчаянно изворачивались и тянулись с фотоаппаратами наружу, чтобы в наилучшем ракурсе снять висячую громаду Бруклинского моста.
— Давай обсудим завтрашнюю свадьбу, — подал голос Джулиан. — Ты бы хотела провести церемонию лишь для нас двоих или все же пригласить кого-то из друзей?
— О конечно, для двоих. Чтобы только ты и я.
— Но нам понадобятся свидетели, — напомнил он.
— Взять Эрика? О нет, забудь. Нужен кто-то, кого мы знаем.
Я устремила взгляд на массивные каменные основания моста, величественно вздымающиеся из воды, и от знакомых очертаний его сдвоенных башен с готическими арками меня охватило странное ощущение умиротворенности.
«Привет, Бруклинский мост! — улыбнулась я про себя. — А я готовлюсь к свадьбе».
— Не думаю, что ты согласилась бы позвать Джеффа?
Я нахмурилась.
— Я бы предпочла кого-то другого.
— Могу попросить Артура, — медленно проговорил Джулиан, — но, мне кажется, это будет несколько бестактно.
— В каком-то смысле да, — согласилась я. — Хотя, с другой стороны, ему все равно придется свыкнуться со сложившимися обстоятельствами. Так что, может, это не так уж и лишено такта? Или же мы можем пригласить Чарли.
Рассмеявшись, Джулиан радостно и энергично пожал мне руку:
— Лучше и не придумаешь! Мне очень нравится этот парень.
— Тогда я ему позвоню. Занятия у него, наверно, уже начались, но, думаю, он только обрадуется поводу лишний раз сдернуть. Можем позвать их в свидетели обоих: Артура с твоей стороны и Чарли — с моей.
Подавшись ко мне, Джулиан поцеловал меня в волосы.
— А потом? Полагаю, нам, наверно, надо бы устроить праздничный ужин? Можно пригласить твою семью. И Мишель с Самантой, разумеется. А еще я тут подумал, не попросить ли приехать к нам из Бостона Холландера?
— О, здорово! Отличная идея! Мне бы ужасно хотелось с ним познакомиться.
— Он тоже будет очень рад. Может, сделаем всем сюрприз? Не станем заранее сообщать, что это свадебный ужин, а объявим уже на месте? Я могу хоть сейчас уже задействовать «Аллегру».
На последних словах зазвонил его сотовый. Джулиан вынул его из кармана и глянул на экран:
— Господи, поверить не могу… — Он пристроил к уху блютуз-гарнитуру. — Лоуренс… Да, это правда… Да, я это сделал… Боюсь, я не волен делиться с вами подробностями… Да, это имеет силу в течение шестидесяти дней… Послушайте, мисс Мартинес, я понимаю, что вы просто делаете свою работу, но я очень вас прошу — в качестве личной услуги — покуда воздержаться… Если вы, по крайней мере, не станете упоминать никаких имен, оставив лишь догадываться, то, даю вам слово, любое наше официальное заявление будет опубликовано в первую очередь у вас. Да, премного вам обязан. Спасибо. — Наконец он вынул гарнитуру из уха, что-то бормоча под нос.
— Я так понимаю, нас раскрыли? — спросила я.
Джулиан сунул телефон в карман, сердито вперившись взглядом в тротуар:
— Причем шире некуда.
ГЛАВА 24
— Все на самом деле не так плохо, — утешила я Джулиана, — сегодня же понедельник. У воскресных газет куда больше тираж.
— Нет, это очень плохо, — возразил он. — Всякому, кто имеет к нам хоть какое-то касательство, не составит труда соединить концы с концами.
Зевнув, я откинулась обратно на подушки:
— И все равно это не конец света. К тому же мне казалось, мы, наоборот, старались привлечь к себе внимание.
— Но ведь не в день же моей свадьбы!
Я вновь посмотрела в газету, лежавшую у меня на коленях.
«Что же это за красавчик-хеджевик, который способен ненадолго отвлечься от спасения Уолл-стрит, чтобы узаконить отношения со своей соблазнительной невестой? Любовную парочку, что в последние недели охотно фотографировалась для прессы по всему городу, заметили вчера в внеурочные часы на выходе из Бюро бракосочетаний в центре Манхэттена со свидетельством в руках…»