«Мда… Что от нее еще можно было ожидать? – подумала Йорис. – Как хорошо, что я заранее подготовилась!»
- Пойдешь, я вспомнила, что забыла пледы. Вернись за ними в дом, пожалуйста.
- Мы не могли забыть пледы. Мы же несли их, я точно помню!
- Нету. Все коробки пересмотрела. Наверное, в особняке остались, в холле. На диване. Сбегай за ними, пожалуйста.
- Ладно... – сдалась Мавен. – Схожу, но я запру тебя здесь. А ты спрячься и в окна не выглядывай. И свечи не зажигай, а то издалека видно будет тебя. Поняла?
- Да, конечно...
- Йорис!
- Все поняла, правда...
Мавен совершенно не хотелось уходить, особенно когда осознала, что она потеряла ключ от домика. Однако Йорис ее все-таки уговорила. И только Мавен ушла, наконец, Йори достала из-под стола, со скатертью до самого пола, два больших пледа. В кармане она чувствовала ключик от домика, но закрываться не спешила. Вот-вот придет Шейн, и зачем ей закрываться-то от него? А Мавен, когда увидит, что в гостиной пледов нет, сама все поймет и обратно не вернется.
И все бы ничего... Сиди, жди жениха, да вот погода, в самом деле, нервничает. Злиться. Дождь начался, да и не просто дождь – льет будь здоров. Гром, молнии, все как в лучших традициях книжках-ужасах. Деревья на опушке гнулись так сильно, что, казалось, начинается ураган. К такому Йорис точно не готовилась, и не хотела быть здесь одной.
Как вдруг... Она заметила всадника, приближающегося к дому. Слишком темно, чтобы разглядеть его лицо, да и далеко. Но Йорис обрадовалась. Это точно Шейн!
Зажгла свечи на столе и, когда дверь за мужчиной хлопнула, она вскочила на ноги его встречать. И… растерянно уставилась в не менее растерянное лицо брата.
- Что ты здесь делаешь? - хмуро спросил он. - Ты же в особняке должна быть.
- А ты на охоте. Нет разве?
- Ясно... Надеюсь, в такую погоду за дверь не выставишь?
- Эм... - пришла в себя от растерянности Йорис. - Нет, конечно. Проходи. Камина здесь нет, чтоб согреться. Могу вино предложить легкое. А где твоя лошадь? Ее сюда в тамбур вот этот нельзя привести? А то холодно же...
- Там стойло есть. И свежее сено, - снял Бьодон мокрый плащ. - Шейн то хоть знает, что ты его здесь ждешь?
- Да. Он и рассказал мне об этом месте.
- Понятно.
А больше сказать друг другу и нечего. Сели за стол на расстоянии друг от друга, словно чужие люди. Выпили чуть-чуть вина. После утрешнего разговора, сейчас будто такая пропасть, которую и не преодолеть уже никогда.
Дождь все усиливался, тарабанил по стеклу словно молоточками. Неуютно. Совсем не так Йори представляла себе это вечер.
- Можно вопрос? - вдруг заговорил брат, Йорис кивнула, посмотрев на него.
- Ты понимаешь, что испортила мне репутацию?
- А было куда портить? - хмыкнула она.
- Представь себе, было.
- Для меня это новость, - едко бросила она. - Но на вопрос отвечу: нет, я совершенно не думала о твоей репутации. И добавлю: ты сам в этом виноват. Нечего было издеваться надо мной целый месяц. И мою тетрадь по ядам и противоядиям мог бы не красть, а попросить. Если уж я тебе помогла от Мурзика отчиститься, неужели б твоим друзьям не помогла? Думаешь, я не понимаю, что речь идет не о каких-то там дураках, а дураках из высшего общества? Шейн, конечно, вас здорово наказал, но...
- Я хотел попросить противоядие, - обиженно буркнул Бьодон, перебив ее. - Но мы спустились тогда на первый этаж и в тебя словно бес какой-то вселился! Ты выгнала меня на глазах своей служанки. И как бы это выглядело, если б я еще начал что-то просить?
- Точно. Ужасно бы выглядело. Поэтому лучше пойти и украсть. Очень логичный поступок, братец. Браво.
Вновь замолчали на мгновение, но надолго Йорис не хватило. Она зло посмотрела на брата и так же зло с ним заговорила:
- Я вообще тебя не понимаю! Я не понимаю, что такого нужно было сделать, чтоб отец тебя из завещания вычеркнул. Не понимаю, почему вместо того чтобы помогать людям ты бегаешь по шлюхам. Не понимаю, куда и зачем ты тратишь свой талант! Ты же выдающийся ученый! Ты личный лекарь королевской семьи! Но на что ты тратишь свою жизнь? Объясни мне! У меня такое чувство, словно медицина для тебя пустым звуком стала! Ты даже не смог самостоятельно распознать азгинский яд, а это ж вообще не трудно. Запах же такой, что его не с каким другим не спутать!