Теперь здесь ни его нет уже несколько часов, ни сестры, которая лишь бы с ним, с Бьодоном, не увидится, забросила свои исследования.
Вздохнув сотый раз, Бьодон вдруг услышал знакомые шаги и повернул голову к двери... Неужели сейчас в кабинет войдёт Йорис?
И точно... Дверь открылась и она вошла. Мавен - Бьодон заметил её фигуру - осталась в коридоре, закрыв дверь за Йорис, а сестрёнка замерла у двери, словно боялась пройти вперёд.
- Привет, малышка, - первым заговорил Бьодон, надеясь, что сестрёнка пойдёт на контакт.
Она посмотрела на него обиженно и жалобно одновременно. Мгновенно отчего-то расплакалась. Бьодон стремительно вскочил из-за стола и пошёл к ней, и она успела сделать пару шажков к нему, чтобы они смогли обняться.
- Моя маленькая девочка, - сказал он. - Моя хорошая... Ну не плачь, малышка, не плачь.
Но она плакала. И казалось, что уже вовсе не из-за их ссоры.
- Я поняла, почему тогда ты со мной так говорил. Не сразу, но поняла... - проплакала она. - Ты прав... Несмотря на все мои капризы, Шейн меня любит... И только ради меня одной он захотел измениться... В новогоднюю ночь, когда мы разговаривали, он сказал, что если не ради меня, то ему не для кого и не для чего пытаться становится лучше. И он старался, каждый день старался быть лучше... Я его очень люблю, я поняла это... Но... Я... Брат, как мне забыть о его предательстве? Как мне его простить? Я его люблю, но простить все равно не могу... Да и как прощать, когда меня этому никто не учил? Отец всегда преподносил уроки расплаты, но не прощения... И я... Я не знаю, как это делается... Я могу делать вид, будто Шейн меня не обижал, и у нас все отлично, и в какие-то моменты я обязательно буду счастлива, но... При этом я понимаю, что едва ли он ошибется, хоть в чем-нибудь, хоть в какой-то мелочи, и я снова буду его ненавидеть за ту измену... Как о таком забыть, брат? Как простить?
- Малышка, - посмотрел Бьодон в её глаза, и начал вытирать слезы с её личика. - Во-первых, я так много тогда тебе наговорил, чтоб ты поняла - как много прощают тебе. А во-вторых, Йорис, малышка, не говори, что ты прощать не умеешь. Всё ты можешь! Всё ты умеешь! Сколько раз я обижал тебя, а? Вспомнить хотя бы как я притворялся твоим женихом и назвал себя его именем? Ты тогда пережила настоящий кошмар, думая, что Шейн, не стесняясь тебя, водит шлюх домой, но меня же ты простила за это. Почему?
- Ну... - потупилась немного Йорис, даже успокоилась, и плакать перестала. - Ты мой братик, ты моя семья... Это как-то само собой получилось, когда мы потом поговорили.
- Вот именно. Своей семье мы можем многое простить. И иногда мы встречаем людей, которые становятся нашей семьей, несмотря на отсутствие кровных уз. И для Шейна ты стала таким человеком, когда он решил ради тебя согласиться на Олоновиру. А он для тебя, Йори? Подумай, малышка, подумай, как следует... Неужели он для тебя таким человеком не стал? Неужели он тебе не семья?
Йорис задумалась. Опустила голову. Бьодон понимал, что вряд ли она найдёт в себе ответ вот прямо сейчас, но ей хотя бы есть о чем подумать, и возможно все поймёт - поймёт как простить любимого человека, который ради неё готов на все.
Внезапно она качнулась в сторону, чуть не падая, и Бьодон успел её поймать, помог сесть на стул ближайший к ним. Не понравилось ему, что его сестра падает вот так без сил, а ещё и задышала вдруг тяжело, и вновь расплакалась, прижавшись к нему. Не говорила, да и он не спешил её расспрашивать, решив дать ей время выплакаться и успокоиться.
Ждать пришлось не долго. Когда Йорис смогла связно говорить, она сквозь слезы произнесла:
- Когда мы с тобой поссорились из-за того, что ты назвался его именем, я тогда спросила у Шейна, как он отнесется к тому, что я уйду из клана Огненных Грив. Я хотела узнать, женится ли он на мне, если я буду просто Йорис Гроза, без семьи и громкого имени. Я тогда понимала, отчётливо осознавала, что от его ответа будут завесить наши отношения... И он... Шейн не раздумывая над какими-то за и против, сказал, что женится не на фамилии. А на мне... И тогда я не поняла значение общей своей радости от его ответа, но сейчас... После твоих слов... Сейчас я понимаю, что именно в тот момент он и стал моей семьёй. Потому что поддержал меня в очень серьёзном вопросе. Потому что уже тогда, а мы мало что знали друг о друге тогда, но он уже выбрал меня. Не фамилию, не моего отца, не стал говорить что-то вроде «ты к отцу несправедлива и жестока», он уже тогда просто выбрал меня и сказал, что так для него будет даже проще, потому что он уже тогда создал отдельный счёт на имя Йорис Кьюмес, Хранительница Железных древ и перевёл деньги за выкуп невесты на этот счёт. Для него было все понятно уже тогда, уже тогда я для него была желанной невестой и семьёй... Жаль, что мне понадобилось больше времени, чтоб понять кто для меня Шейн. Я сейчас чувствую себя такой виноватой...