- Я больше не буду! Обещаю! - клятвенно произнесла Мавен. - Только не сердись больше.
- Я подумаю, - выдала Йори. - Ну так что? Домой идем?
- Да, кстати, сегодня тоже не едем в замок? Ваш брат всю неделю не появляется, вас это не беспокоит?
- Деньги понадобятся – сам прибежит, - меланхолично пожала плечами Йорис.
Мавен серьезно переживала тот факт, что Йорис на нее обижается. Во-первых, какой бы легкомысленной она не была, а Мавен успела ее полюбить. А во-вторых, если Мавен отошлют обратно в орден, то Йорис должна будет написать характеристику, а судя по их отношениям, вряд ли там будет написано только хорошее. А портить свою репутацию не хотелось. Да и если честно не хотелось менять место работы.
Мавен боялась, что Люциус ей прохода не даст, а они всего однажды на коридоре столкнулись и больше она его не видела. Видно время сделало свое дело: за почти девятнадцать лет любовь стирается из памяти и чувства, какими сильными они б не были, просто рассеиваются, как туман поутру. И если бывший возлюбленный ее мучить вопросами не собирается, так и с чего бы ей тогда хотеть хозяйку менять?
Не успели они с Йорис дойти до своего дома, как услышали странный шум внутри. Как будто что-то упало и разбилось. Мавен резко заступила Йорис собой и прислушалась к тишине дома. Никаких звуков больше нет, тогда что так грохотнуло?
- Дай пройти, - буркнула Йорис, пытаясь ее обойти, но Мавен не позволила.
- Кто-то вломился в дом. Будь здесь, пока я все не проверю. Вон в кустах спрячься.
- Я приличная девушка, не буду я по кустам шорхаться. И это всего лишь одна из твоих ваз разбилась. Кухарка, наверное, ее задела, только и всего! И, между прочим, я догадалась, что столько ваз с цветами ты понаставила только для того, чтоб в случае твоего припадка вновь окатить меня водой с ног до головы.
- А вот и нет!
- Ну конечно!
- Все вазы разные по весу и материалу. Есть бьющиеся. А есть маленькие, но очень тяжелые, из прочного материала, не разобьются даже если с высокой башни ее сбросить. И расставила я их по всему дому так, чтоб в случае их падения точно знать, где это было, и с какой силой ваза упала. На данный момент, судя по звуку, могу сделать вывод, что ваза от легкого толчка разбилась в твоей лаборатории. А теперь вопрос: что там делать нашей кухарке?
- Кто-то проник в мою лабораторию? - встревожилась Йорис и рванула в дом.
Мавен чудом успела схватить ее за шиворот теплой жилетки и оттянуть к себе за спину. Йорис уставилась на нее как нашкодивший котенок, который вот вроде и готов осознать свою вину, но...
- Мне надо туда! Я должна посмотреть, что там происходит!
- Сначала я. А ты спрячься в кусты. Когда будет можно, я тебя позову.
- Но... - Йорис сначала посмотрела на окна своего кабинета на втором этаже, после на кусты, затем на Мавен.
- Я тебя здесь подожду.
- В кусты.
- За тобой след в след пойду.
- В кусты!
- Я тихонечко.
- Йорис...
- Я очень тихонечко, высовываться не буду, честно.
- В кус-ты! - по слогам как для умственных инвалидов повторила Мавен.
- Ой, смотри, сихит Даборш едет, - ткнула Йорис пальчиком в сторону, и Мавен повелась.
Обернулась и, разумеется, никого не увидела. А Йори? Хозяйка уже убежала в дом! Ругаясь, не особо выбирая выражения, Мавен побежала за непутевой молоденькой девушкой. Она уже не так сильно переживала, что кто-то мог вломиться в дом и навредить ее хозяйке, ибо как раз вот навредить – очень хотелось самой.
Мавен в кабинет ворваться не успела, а уже услышала звонкий смех Йорис. Ага, стало быть, не злоумышленник ворвался, а кто?
Мавен пулей влетела в кабинет и увидела, как Йорис смеется над братом. Как он сюда проник не понятно. Кухарке велено никому не открывать. Или женщина ослушалась? Или мужчина влез в окно?
А вот посмеяться было над чем: все лицо сита Бьодона разрисовано в пошлых рисунках мужского достоинства. Большие и маленькие изображения мужского органа украшали буквально все лицо, но и это еще не все… На лбу огромными буквами написано: «Мурзик». Почему выбрана именно кошачья кличка – кто ж знает? Но выглядело это в купе с рисунками по всему лицу убийственно смешно.