От такой вселенской несправедливости у меня совсем мозги отключились. Зачем стараться, если все бессмысленно? Я так и так не поеду на море. Пусть подавятся. Нашли тоже мне дрессированную собачку: сделай это – получишь косточку. Нет. Ну и проведу лето в городе, подумаешь. На лист капнуло. Я машинально утерла глаза. Это я плачу? Вот же гадство какое! Довели меня. А все Медведи виноваты. Они.
Цифры перед глазами двоились и даже подскакивали. Я крепко зажмурилась. Никто не увидит меня плачущей. На математике со мной сидел Фролов, парень ничем не примечательный.
Он старательно пыхтел, грыз ручку и не обращал внимания на мои страдания. И ладно.
– До конца урока осталось пять минут, – Илона Павловна постучала по столу, привлекая наше внимание. – Поторопитесь.
Ручка сама легла мне в ладонь, ей-богу. Перед глазами словно развернулся учебник, я четко увидела страницу и пример решения аналогичной задачи. Не веря сама себе, я принялась писать.
Осталось чуть-чуть, когда прогремел звонок.
– Сдаем, – Илона Павловна пошла по рядам, буквально выдергивая листочки у тех кто, как и я, судорожно дописывал ответы.
Не успеть!
Дверь отворилась, в класс всунулась голова Люсинды, секретаря директрисы.
– ИлонПална, – окликнула она математичку.
«ИлонПална» развернулась, не дойдя до меня буквально двух шагов, и быстро пошла к двери. О чем они там шептались, не знаю. Но, когда Люсинда ушла, а Илона Павловна повернулась к классу, я уже положила контрольную на учительский стол.
Илона Павловна взяла стопку в руки, подровняла, сложила в папку, одарила нас улыбкой и вышла из класса. Мы тоже потянулись на выход.
Следующий урок история, там можно расслабиться. Конец года – по таким предметам почти ничего не задают.
– Марьян, подожди, – крикнула я в спину уходящей подруге. Та остановилась, но мне показалось, что она сейчас рванет с места и сбежит. – Ты все решила? Тебе какой вариант достался? – Засыпая вопросами, я оттесняла ее в угол класса. И там уже спросила совсем другим тоном: – Так, Марьян, давай по чесноку, что происходит? Что я тебе сделала? Не хочешь дружить? Так и скажи. Чего морду воротить? А? Так подруги не поступают.
Марьяна вздрогнула. Ну да, я умею страху нагнать.
– Прости, – пролепетала она. – Я и не думала с тобой раздружиться. Просто… – Она замялась.
– Ну что? Давай уже говори.
– Почему ты решила, что Борька с Ромкой получат ноль за контрольную? Ты знала, что они не придут в школу? Откуда?
– Вот те раз! Почему я-то? Это же ты отвечала на этот вопрос.
Марьяна побледнела и затрясла головой:
– Я не отвечала, ни на один вопрос не отвечала. Это же ты… ты…
По ее испуганному виду было понятно, что она не врет, ну или просто хорошо притворяется. Ладно, допустим, она не отвечала, и я не отвечала, но кто тогда?
– То есть ты хочешь сказать, что это Крислав сам ответы давал, так, что ли? – Не удержавшись, я громко хохотнула. – Марьян, ты в каком веке живешь? Что за глупые суеверия?
– Хочешь сказать, что с тобой ничего странного не происходит? Да?
– Конечно ничего, – твердо соврала я. – Это просто нервы. Мы вчера сильно напугались. И все. Поняла?
– Не знаю, Полин. Мне страшно. Ты же видела запись? Видела, что с доской творилось? И эти звуки в трубе… Это не строители, Полин, – Марьяна шмыгнула носом. – Всю ночь не спала. Он придет за нами…
– Кто? – Я аж отступила на шаг.
– Крислав, – шепнула она одними губами, но я все равно поняла.
– Ты серьезно?
Марьяна вдруг посмотрела вдаль поверх моей головы. Я обернулась. Кристина стояла в толпе девчонок и что-то бурно обсуждала, размахивая руками. К тому же все они еще и поминутно оглядывались в нашу сторону.
– Медведевы… – донеслось до нас. – Борька с Ромкой… Какой ужас!
Марьяна посмотрела на меня круглыми глазами. Через минуту весь класс гудел от новости – близнецы Медведевы в больнице. Вчера вечером им стало плохо, вызвали скорую. Врачи даже не смогли определить, что за болезнь их скосила. Какой-то неизвестный вирус.
Глава 10
Что-то странное творится
Остаток уроков прошел без происшествий. Почти. Марьяна упорно избегала меня, словно во мне был источник неизвестного вируса. Попытка поговорить не удалась. А я всего-то завела речь, что болезнь Медведей – лишь совпадение. Марьяна даже не ответила, просто отвернулась.