– Ай! Это все глупые сказки. Я же тебе говорил, что все вот тут, – он постучал пальцем по лбу.
– Да?! А сначала ты очень даже верил в Крислава.
– Ну, я же это… как бы продавец магических штук. Мне же надо имидж поддерживать.
– То есть ты врал? – От возмущения у меня перехватило дыхание.
Зорик виновато развел руками.
– А вот это тоже, по-твоему, шутки? – Я рванула ворот на шее.
Зорик присвистнул:
– Кто это тебя так?
– Данька. Брат. – Брови Зорика поползли вверх. – Он говорил со мной голосом Крислава, а потом съел живую рыбу. Это тоже отсюда? – Теперь уже я постучала пальцем по лбу.
– Ну хорошо. Допустим, ты права. И что собираешься делать?
– Собираюсь загнать его туда, откуда он вылез. Даньку он не получит.
– Не вылез, а ты его выпустила.
– Какая разница? И потом, ты же мне эту доску продал?
– Откуда ж я знал!
Мы замолчали. Да, оба не знали. Вот так в жизни и происходит. Папа все время жалуется на своих сотрудников. Вечно лезут куда-нибудь, не прочитав инструкции, а ему приходится все исправлять.
– Если я могу чем-то помочь… У тебя есть какой-то план?
– Аурелия сказала, что все должно завершиться там, где началось. Плана у меня нет. И времени тоже нет. Крислав сказал, что остался всего лишь один день. Завтра.
– А потом?
– Или я выпущу его, или он убьет Даню. Но, если я его выпущу, он заберет его тело. И я не знаю, что хуже.
– А доска сейчас где?
– Тут, – я похлопала по рюкзаку.
Не хранить же ее дома.
– Хочешь, оставь у меня. Может, мне удастся с ним как-то договориться? – Зорик поднял руку ко рту и лизнул царапину. – Стеллаж ремонтировал, поцарапался, – пояснил он, увидев мой заинтересованный взгляд. – Тяжело это магазин держать, как оказалось. Все время какие-то проблемы вылезают.
Я пожала плечами. Быстро же Зорик сдулся: сначала утверждал, что магазин – это круто, теперь уже плачется. И с магией так же: сначала говорил, что все это мои фантазии, и вот уже засобирался договариваться с духом. А может, и правда оставить ему доску? Хоть на время. Крислав наверняка видит и слышит то же, что и я. Шпионит за мной. Он умудрился испортить мне жизнь. Все, кто так или иначе помогает мне или пытается, начинают страдать. У Аурелии пропал любимый кот, на Зорика наехали банки…
На лестнице раздались шаги – кто-то спускался в подвальчик. Я шмыгнула в закуток за стеллажами. Не знаю почему. Просто никого не хотела видеть.
Посетителем оказалась Марьяна. Встречаться с ней тоже не хотелось. Отсижусь в каморке. Но дверь в комнатку оказалась заперта. Марьяна между тем стояла и оглядывалась, словно выискивала кого-то.
– Добрый день, – расплылся в улыбке Зорик, но Марьяна даже не взглянула на него. – Ищете что-то конкретное?
– Полин, я знаю, ты здесь, – позвала бывшая подруга. – Я видела, как ты заходила.
– И? – Пришлось выйти, иначе это выглядело глупо. – Что надо?
– Поговорить, – Марьяна смотрела в пол.
– Поговоррррить? – передразнила я, имитируя картавость. – Ну давай, поговоррр-рим.
– Не здесь.
Понятно, что не здесь. Коротко кивнув Зорику, я выскочила из магазина.
Мы дошли до детской площадки, уселись на ограду. Несколько малышей возились в песочнице, двое катались с горки. Их мамочки сидели, уткнувшись в телефоны, изредка поглядывая на детишек.
– И что тебе понадобилось от ведьмы? – зло бросила я.
Марьяна втянула голову в плечи:
– Кристина хочет с тобой встретиться.
– Стрелку мне, что ли, назначает? – хохотнула я. Ну реально смешно. – Ну ладно. Ты же знаешь, Марьян, я и с Медведями махалась, с ней и подавно не испугаюсь.
– Завтра после школы, за стадионом.
Я задумалась:
– Нет. В шесть вечера на пустыре, у того дома.
Марьяна испуганно вскинула глаза:
– Зачем? Они не согласятся.
– Они?
Марьяна заерзала.
– Понятно. Я одна приду, а вы всей толпой. Круто. Тоже собираешься принять участие?
– Ты сама виновата! – вдруг крикнула она. – Если бы ты не была такой задавакой! Ты же умнее всех, лучше всех…
Вот тут вытаращилась уже я. Вот, значит, как. А мне-то казалось, что в нашей дружбе все идеально. Было.
Одна из мамочек покосилась в нашу сторону и откатила коляску к другой скамейке. Меня пробрала злость. Она решила, что мы представляем для нее опасность? Ребенок в коляске вдруг зашелся громким ревом. Вскоре его мать почти бегом покинула площадку. Интересно, не я ли заставила их уйти?
– Короче, или там, или нигде. Поняла? Подкарауливать меня бесполезно, так и передай.
Марьяна кивнула, слезла с оградки и пошла по дорожке, загребая ногами. «Упади», – скомандовала я и почти не удивилась, когда Марьяна наступила на внезапно развязавшийся шнурок и рухнула на асфальт.