Спустя несколько дней, под вечер, дозорные доложили, что со стороны Старых Лук движется отряд вооруженных людей, очевидно немцы или полиция.
Все партизаны, находившиеся на основной базе, немедленно заняли оборону. Руководить боем Батя поручил Зыкову. Мы залегли в снегу за штабелями дров, за вывороченными пнями, за деревьями. Зыков распорядился не стрелять без его команды. Партизаны замерли, держа на мушке приближающихся людей. Тупыми рылами смотрели в их сторону два пулемета «максим». Но тревога оказалась напрасной: это был отряд Кошакова. И сейчас становится страшно при мысли, что могло произойти, если бы у кого-нибудь не выдержали нервы... В то время у нас не было биноклей, и о сигналах мы не условились. На будущее договорились, что каждый отряд, приближаясь к лагерю, будет подавать установленный сигнал.
Кошаков со своим отрядом не отважился напасть на немецкий гарнизон в Марьине: чересчур неравными были силы. Но на обратном пути партизаны разгромили отряд полицейских и два волостных управления. В одной из волостей Починковского района захватили много продовольствия, отобранного у населения фашистами. Партизаны роздали его местным жителям и кое-что захватили с собою. Раздобыли они на складах и теплую одежду, которая пришлась как нельзя кстати. Отобрали у полицейских и старост несколько лошадей с упряжью. А кроме того, по пути к ним присоединились около двадцати человек с оружием, решивших стать партизанами.
С отрядом Ильи Кошакова пришла к нам женщина лет тридцати, назвавшаяся Евгенией Князевой. Она рассказала, что направляется через линию фронта. Мы дали ей поручение: связаться с одним из штабов и рассказать о нашем отряде. Нас тяготило отсутствие связи с действующими частями Красной Армии. Из-за этого мы не могли передавать войскам фронта полезные разведывательные данные, не могли координировать свои действия с фронтовыми подразделениями.
Предпринимали мы и другие попытки связаться с Большой землей. Разыскали в Новоспасском Иосифа Бурдина, который осенью 1941 года был оставлен в тылу майором Крижановским вместе с рацией и радистом для выполнения специального задания. Оказалось, что радист так и не смог связаться с Большой землей, питание для рации кончилось, он ее где-то запрятал, а сам ушел через линию фронта. А как нам нужна была рация!
Князевой удалось перейти линию фронта. Она выполнила наше поручение. Однако в тот момент фронтовые части не смогли или не сочли нужным устанавливать с нами связь.
Долгое время нам ничего не было известно с судьбе группы Кольки-Кума (Николая Рачкова). Дела у него, оказывается, шли отлично. С помощью местных патриотов из деревни Жабье партизаны Рачкова сорвали оккупантам заготовки продовольствия и фуража в северной части Ельнинского района, расстреляли полицейского в деревне Жабье и лишь по чистой случайности упустили заклятого врага, старосту этой деревни Жигалова: он успел убежать в Ельню под крылышко своих хозяев.
Николай со своим отрядом расположился в деревне Жабье. Ему сообщили, что со стороны Ельни движется карательный отряд численностью до сорока человек. Партизаны немедленно ушли в соседнюю деревню Савостьяново. Там уже сложился небольшой партизанский отряд под командованием Володи Буташева. Было решено устроить засаду и общими силами разгромить карателей. С Николаем Рачковым неотлучно находилась Евтих Паничев и Николай Руденко, не сумевший в начале января уйти с нами в Мутищенские леса.
Прибыв в Жабье, каратели расстреляли на краю деревни первых попавшихся им на глаза мужчин-»окруженцев» и с видом победителей двинулись с обозом в Савостьяново. Партизаны, замаскировавшись в сараях и гумнах, проявили большую выдержку: они открыли огонь, когда каратели были уже в самой деревне. Боем руководил Володя Буташев. В результате весь карательный отряд был уничтожен. Удалось ускакать одному офицеру, но и его вскоре настигли и уничтожили партизаны.
Партизаны захватили богатые трофеи. Попала в их руки и офицерская сумка. Среди бумаг в ней оказался приказ немецкого командования. Рачков вместе с подпольщицей Юлей Семочкиной и учительницей немецкого языка из соседнего села перевели его. Мы узнали, что немецкое командование снарядило несколько карательных отрядов для борьбы с партизанами. Каратели предполагали двигаться в район деревни Мархоткино, чтобы уничтожить партизан. С одним из таких отрядов и было покончено возле деревни Савостьяново.
Теперь, когда стали известны пути движения других карательных отрядов, Рачков решил мобилизовать на борьбу с ними все патриотические группы в северной части района. Тем более что и обстановка складывалась благоприятно. По поручению Гусева местные коммунисты и «окруженцы» начали создавать в тех местах партизанские отряды и выступать на открытую борьбу с врагом. В конце января партизаны объединенными силами разбили в районе Мархоткина три карательных отряда.