Сегодня заключительная встреча на кубок Александровска, бои ведут первое и четвертое училища. Олег встречается с физруком четвертого, москвичом Борисом Тарасовым. Против встречи с Олегом тот не возразил, но перед выходом на ринг вдруг подошел:
— Давай будем не в полную силу. Я ведь знаю, какие у тебя удары…
— А у тебя!.. — Олег набычился. Не ожидал от Бориса таких слов. И так собирался работать по-божески. Сейчас же бой будет походить на пятнашки.
— Че ты обиделся? Я же не боксер, а борец. В Москве провел всего три боя.
— Сейчас ты боксер. К боям готовился и один бой уже выиграл в хорошем стиле. Осталась заключительная встреча.
— Ну, хоть первый раунд — не в полную силу.
Силу Олеговых ударов, конечно, преувеличивает — наслышан слухами, переходящими от одного к другому. Борис уверен, что предупрежденный Олег не станет бить сильно, как не бьет своих воспитанников на спаррингах.
Их встречу как заключительную перенесли на конец соревнований. И вот судья позвал на середину ринга. Пожали руки, стали слушать, что говорит Владимир Глашкин. Тарасов выглядит внушительно: косая сажень в плечах. Массивные мышцы выделяют его на фоне «нормального» Олега Сибирцева. Недаром же на сцене Борис играл роль… статуи.
Гонг позвал на середину в качестве уже противников. Тарасов собран, внимателен. Сибирцев кружится вокруг да около, меняет направление передвижения, финтует, проводит ложную атаку — проверяет реакцию. И, наконец, начинает бить, резко, взрывными ударами. Тарасов блокирует, пробует отвечать, но запаздывает: больно уж скор противник и резок, а удары неожиданны. Собравшись, Тарасов идет в атаку. Сибирцев избегает ударов, они у Тарасова тяжелые, такие получать нежелательно. Бьет Борис больше крюками и апперкотами, на замахи не скупится. Олег избегает ударов и начинает сам. Финтуя, приближается, бьет взрывными. Одиночными. Потом сдваивает удары, потом — страивает. Бьет и четырьмя ударами, с обеих рук. Непонятно, как закрытому противнику он ухитряется попадать в болевые точки головы и корпуса. Удары несильны — Тарасов, игнорируя их, идет вперед, пропуская иные, сам бьет. Сибирцев уклоняется, ныряет. Почти не отступая, он избегает ударов.
«Бой получается показательным, — недовольно морщится Олег. — Будто вышел демонстрировать технику». Нанося удары, избегает ответных: разрывает дистанцию, ныряет, смещается в сторону. «Не бокс, а пятнашки!» — соображает он с неудовольствием. Встречных почти нет, реакция Тарасова замедленна — не успевает. Получается, как по груше, четырьмя ударами — крестами. Крест не куча ударов, он рассчитан на раскрытие цели, проводятся кресты в разном порядке и называются первый, второй, третий крест.
Последний удар серии, попадает, как правило, в открытую цель, потому акцентирован.
Гонг звенит протяжно. Бойцы расходятся по углам. Публика разряжается аплодисментами. Внимательно же наблюдает схватку. Присутствуют руководители ведомств, МВД, МГБ, работники горкома, горисполкома, учителя, преподаватели. И физруки, конечно. И простые любители спорта. Интеллигенция, в общем. Клуб пограничников — привелегированное заведение: вход здесь по билетам. Выпившим сюда нет дороги. И публика ведет себя сдержанно. В первом ряду сидит председатель горкома физкультуры и спорта Галанова.
Во втором раунде Тарасов сделался неузнаваем: нашпигован советами. На Олеговы удары отвечает кучами колотушек, сближается, обменивается ударами. Олегу приходится ускользать, работать на дальней дистанции. И обманывать, заходить в угол, а когда тот бросается с ударами, делать нырок, чтобы противник попадал в ловушку. Тут Олег и пробует свои серии.
Перед началом третьего раунда, протягивая руки для ритуального пожатия, Тарасов решительно заверил Олега:
— В этом раунде будем драться!
«Драться», значит, работать дерзко, по-настоящему. Это слово боксерам понятно. Олег кивнул. Значит, человек поверил в себя, в способность выстоять. Драться, так драться. Снова начал с разведки. Все-таки Тарасов уступает в реакции, но остается жестким бойцом с увесистыми плюхами. Уходы вправо и влево сбивают Тарасова с толку, на какие-то мгновения он открывается под удары.
И снова бросается в рубку. Уступая настырности Тарасова, Олег пятится. У канатов, спиной чувствуя их близость, внезапно уходит в сторону. Промахнувшийся Тарасов на мгновение открывается. Этого Олегу хватит, чтобы влепить удар правой рукой…
Через мгновение он пожалел о содеянном. Тарасов упал на канаты; голова соскользнула с верхнего каната, не задержалась на втором; улегся он головой к судейскому столу. Судья Глашкин открыл счет… Олег вместе с секундантом Витей Климовым подняли потерпевшего поражение. Увели в угол.