Из сумеречной тьмы появился мужчина средних лет, остановился около рослого Славы Маннаберга.
— Из Александровска? Боксеры?
— Боксеры, — Слава кивнул.
Едва выделив старшего, незнакомый обратился:
— Я работник горно-промышленного училища, мне поручено вас встретить и проводить на место, где вам выделят комнату для отдыха.
— О! Как вас зовут? — Олег оживился.
— Василием Ивановичем, отчество такое же, как у Чапаева. Я мастер столярной группы. Мы сделали выпуск учащихся, готовим училище к новому приему. А тут получили из областного управления приказ: встретить и разместить боксеров из всех училищ, почти со всего Сахалина. И провести соревнования, эти, как их… Отборочные, да! И проводить на отдых. А завтра уж с директором обо всем договоритесь. Ну, берите свои сумки и рюкзаки — двинули.
Дорога едва вырисовывалась, но Василий Иванович знал ее наизусть — уверенно шел впереди. Олег Иванович за ним, а команда растянулась на десять шагов.
— Тут вот перейдем на тротуар, а то там дальше лужа.
Темень мглистая, сумрачная, небо обложено тяжелыми, мохнатыми тучами: не видно ни звезд, ни луны, и сыплет мелкий снежок — белесая мгла мешает видимости. До общежития дошли скоро. Это был двухэтажный барак с невысоким деревянным крыльцом. Встретил их пожилой комендант, поздоровался, повел на второй этаж, в большую комнату, где ребят ожидали уже заправленные койки. Спальня угловая, с большими окнами на две стороны. Разделись у вешалки, стали разбирать постели и обмениваться впечатлениями от дороги. Олег и Василий Иванович ушли звонить директору горно-промышленной школы.
— А, Сибирцев! Олег Иванович? — директор явно обрадовался. И уже знает, как звать! — Добрались, значит. А как устроились? Ну, и ладно, отдыхайте, завтра поговорим. Я ведь тут без вас ничего не делал, никак не готовился, потому что не знаю, что делать и с чего начинать. Жду вашего приезда: вы, говорят, в этом деле… собаку съели! Специалист, одним словом.
— С комитетом физкультуры и спорта не связывались?
— Ни с кем не связывался. Сижу и горюю: что делать? А ведь команда выдана строгая: встретить, устроить, поставить на спецпитание. Ну, это ладно, а главное, — все организовать и провести отборочные соревнования. Собрал я свой коллектив, спросил: кто знает, как проводить, с чего начинать? Ни один не знает!.. Да, вам тут есть поручение: как приедете, утром сразу позвонить в Южно-Сахалинск, самому Новикову. Утром я вас свяжу — поговорите.
— Хорошо. Ну, извините, что побеспокоил.
— Какое беспокойство! Я рад, что вы приехали: теперь у меня гора с плеч.
«А мне на плечи», — Олег подумал. И отправился в общежитие, к своим ребятам.
Они уже разделись, но не легли — вовсю дурачились. Надо было успокоить и предупредить: подъем будет в семь часов. Спортивную одежду приготовить к пробежке, чтобы утром не искать.
В пустующем общежитии стояла мертвая тишина. Ребята спали как убитые. Утром все пришло в движение: оделись, пошли. Дорога как дорога: подтаявшая, наезжена санями, машинами, присыпана свежим снегом. К удивлению местных жителей, бежали вниз, к порту, где в тесном ковше стояли размороженные и выведенные из груды льда мелкие суда, а на берегу — направленные в разные стороны высились стрелы кранов. И возвращались. По отлогому берегу подымались мелким шагом. Во дворе делали разминку по полной программе. И умываться. И — в столовую. Заправлялись, как дело делали. Михаил Евграфович пришел к восьми. Тоже сразу — в столовую.
— О, молодцы: сразу за дело!
Ответил ему заика, и, как ни странно, бойкий на язык, Володя Дорохин:
— Зап… равляться-то мы вс-с… сегда м… олодцы.
Олег пожал руку, пригласил к столу — разделить трапезу.
— Дак я уже, — он отказался, — отметился дома. Ну, как кормят, ничего?
— Нормально, претензий нет.
— Как покушаете, зайдите, поговорим, обговорим. Не сегодня завтра прибудут боксеры из Долинска, Углегорска. Самолетом из Охи. И еще, говорят, будет одна команда из Александровска. Надо встретить.
— Зайду, — Олег пообещал.
Молодая, стройная секретарша встретила, провела в кабинет.