29. Награждение
Гостиница находилась невдалеке от областного управления трудовых резервов. Дорога в управление известна — не раз туда захаживали. Вот и здание это двухэтажное, побеленное. Анатолий Боярченко встретил их на крыльце. Как всегда, обрадовался, заговорил, повел по длинному коридору. Открыл двери, пропустил вперед всю команду во главе с тренером.
— Команда в полном составе. — Боярченко представил ребят работникам управления, среди которых парни увидели и знакомого — Юрия Дмитриевича Заваленова. Он поздоровался с членами команды за руку.
— Сейчас мы, вдвоем с Боярченко, зайдем к начальнику, доложим, что вы пришли.
Зашли и скоро вышли, велели работникам и работницам заходить, предварительно захватив с собой стулья. Из двери слева вышел заместитель начальника Шуранов, он тоже обрадовался приходу боксеров, прошел в кабинет вслед за ними.
В основании просторного, несколько удлиненного кабинета, у окна, сидел начальник управления Виктор Владимирович Новиков, поднявшийся для приветствия. На стене, слева от него, Олег заметил, висит та же карта, с помощью которой Шуранов знакомил с островом двух приехавших с материка парней — Олега и Гошу. С тех пор сколько произошло событий, а она висит, как и висела. Ребят усаживали на стулья, работники сами — сзади и сбоку. Началась беседа, из которой боксеры поняли, что все управленцы приходили на соревнования и видели их бои и, как болельщики, все их хорошо запомнили и теперь интересуются деталями. Главная бухгалтерша, немолодая уже москвичка, блестя очками, громко вздыхала:
— Это как же, люди добрые, надо бить, чтобы человек падал без памяти! Это ведь как бить надо! — Она качала головой и с укоризной смотрела на Олега.
— Как вы себя чувствуете, ребята? Не болеет ли кто после такой драки? — спросил начальник.
Ребята удивились вопросу, оглядывались друг на друга, на тренера. Заместитель Шуранов поддержал бойцов:
— Боксерам болеть не полагается.
— А не страшно было выходить на ринг? — выспрашивали работники управления. Парни молча переглядывались между собой.
— Если сказать правду, то всяко было, — скромно за всех ответил тяжеловес Слава. — Первый раз было страшно.
Не усидел Володя Дорохин, торопясь и заикаясь, стал говорить:
— Я с-сперва боялся, а мне Олег Иванович говорит: «Пос-смот-три на пр-ротивника — он сам тебя боится». И мне тогда с-стало с-совсем не страшно, я тогда п-пошел на него, пошел.
Над повествованием Дорохина управленцы хохотали долго. Пока строгий начальник управления не заговорил веско и убедительно:
— Хорошо вы выступили, ребята. Заняли почетное второе место — это здорово. А три человека даже стали чемпионами Сахалинской области… Председатель Сахалинского обкома физкультуры товарищ Сергеев мне лично высказал благодарность за такую подготовку команды. Вот мы тут собрались, подумали. Ну, и… решили: ваше успешное выступление отметить приказом. Анатолий Данилович, зачитайте. Пока первую часть.
Боярченко выполнял поручение с удовольствием, слова произносил четко. Дошел до первого пункта, вобрал в себя воздух и:
— Всех участников областных соревнований по боксу — по поименному списку — наградить почетными грамотами управления трудовых резервов!
Грамоты вручал замначальника Шуранов, пожимал руки. Пожимали и другие работники. Парни перемещались по кругу. Последним, во весь рот улыбаясь, встряхивал руки сам Новиков.
— Ну, ребята, — заговорил он, когда все расселись по своим местам. — А что же вы скажете о своем тренере, об Олеге Ивановиче? Как он, как будто неплохой он у вас: и дисциплину держит, и любите вы его, а?
— У-у-у! — загудели бойцы. Отдельные голоса пытались выразить что-то особенное, но только добавляли гула. Наконец, стали доходить отдельные оценки и замечания:
— Толковый тренер!
— Замечательный!
— Золотой человек!
Выражая по сути одно и то же, перебивали друг друга, горячились.
— Мы же впервые узнали, что такое бокс, и стали тренироваться и выступать на ринге. — Станислав Маннаберг стоя выражал свое мнение. Хвалил Олега почем зря, ребята весело ему поддакивали.