Олег опустил рюкзак, снял шинель, фуражку. Обнялись…
— Умойся, тогда говорить будем. Хотя че говорить, когда все все знают: про тебя радио трещало днем и ночью. Завтра к тебе, конечно, припожалуют из газеты. Одна девица все беспокоится — не приехал ли.
— Как ни хорошо в гостях, а дома лучше. — Олег ладонями провел себе по лицу, как умылся. — Вот я устал… — Опустился на кровать, расслабился.
— А там у тебя забота была, а она ведь хуже, чем работа. За парнями, за каждым их шагом догляди. Это все мне знакомо.
Шкворчащую сковородку Гоша поставил на деревянную подставку, другую, пустую еще сковороду, на плитку.
— Это зачем?
— Яичницу сделаем, это недолго.
Пока Олег, фыркая, умывался, утирался, Гоша разбил яички в шипящее масло. У него все как-то ладно получалось — набил руку.
— Люду видел?
— Когда же было? Шибко-то не оторвешься. И город, Южно-Сахалинск-то, — новинка для ребят: ничего они, кроме Александровска, не видели. Да сам еще выступал. А как у тебя тут?
— Нормально. Приходили к тебе ребята из города, интересовались твоими успехами. И девушка одна… спрашивала тоже.
— Журналистка?
— Ну да. Ну, и эта еще… Ну, Вера твоя… Ну, давай садись, сейчас закусишь с дороги да это… У меня есть бутылка «Салхино», тебя дожидалась.
— В честь чего это?
— Как в честь чего? За твою победу. — Достал он из тумбочки бутылку с красивой этикеткой, наполнил граненые стаканы. — За твою победу!
— Ну, бог с ней, с победой, в Ригу-то не вызвали! — Кисло-сладкий напиток пил, не торопясь, смаковал. — Гляди-ка, что знают грузины. — Поставил стакан на стол.
Гоша подвинул сковородку, положил вилки.
— Разговор вели про твой бой: говорят, в конце концов, ухлопал ты своего противника.
— У-у! А бил этот Надежницкий! Не дай Бог попал бы! — вспоминал Олег задумчиво. — Остальных-то он всех разнес, занял второе место.
— Ну, это понятно… А как дорога была? Сейчас ехали нормально?
— Сейчас-то хорошо, а туда… На Камышевом из снеговой хляби полдня машины вытаскивали.
— Не одни подымались?
— У-у, целый караван. Одну за другой выталкивали. И в Поронайске был снег, и на дорогах, и в горах. А приехали в Южный — там тепло, сухо. Сходили в кино, на «Тарзана», поднялись на сопку, где с тобой были. Питались в ресторане, но все там есть, в магазинах: рыба, мясо, вино, промтовар всякий, разный… Да вот управленцы купили мне отрез на костюм. Премию выдали или подарили — толком я и не понял. Советуют сшить костюм спортивного покроя. Надо в мастерской заказывать.
— Вместе пойдем. Я тоже купил отрез, только черный. — Он тоже достал из чемодана отрез габардина. Олег из рюкзака вытащил свой, осмотрели, поздравили друг друга.
— Давай разольем остаток, че уж тут осталось-то? Не каждый год такое бывает… Заодно обмоем и отрезы.
— У меня завтра уроки. С пацанами разговаривать по душам, материал давать. Надо еще подготовиться, вставать рано… А как тут без меня обошелся Александр Васильевич?
— Нормально. И я тоже побывал на сборах, все обошлось. Тебя тут, конечно, будут расспрашивать и пацаны, и не только. И эта… Руфина из Рыбного треста тоже интересовалась.
Пили чай. Легли рано, выключили свет, только что-то не спалось: было о чем говорить. За окошком тихо шумело — не то ветер, не то море. Оно, конечно, иногда грохочет, не умолкая, не дает забыть, что живешь на острове…
31. На танцплощадке
…Гоша в новом костюме, только не в светло-коричневом, как у Олега, а в черном, очень идущем к его русым волосам и белозубой улыбке, пригласил Олега на танцы.
— Куда пойдем-то?
— Да хоть куда. Просто потанцуем. Из горсада, слышишь, музыка?
Спустились на улицу Чехова. Там, где она заканчивается, горсад, откуда по всему городу разносятся мелодии; как всегда, он открыт и доступен. На огороженной и ярко освещенной танцплощадке перерыв, разбившаяся кучками молодежь дожидается очередной мелодии, слышатся шум, голоса, смех. По ступенькам поднялись, встали у барьера. Одни незнакомые лица. Тут, прямо как в сказке, подходят к ним две девушки, сразу вызвавшие оживление прибывших парней.
— Добрый вечер! — одна поприветствовала.
…Познакомились они в пошивочной мастерской. Говорят, гора с горой не сходится… Пришли в старых кителях, заказали штатские костюмы. Принимавшая девица с модной прической, глядя на парней, о чем-то задумалась, словно бы ненадолго отлучилась в соседние двери — в цех, по-видимому, потому что расслышался шум. И возвратилась вместе с другой девушкой. Эта внимательно оглядела парней. Развернула сантиметр, сняла мерки, записала, кому какой. Размеры-то одинаковы, но Олег заказал спортивный костюм.