— Лешка! Принесешь мне еду! — И брякнулся опять на подушку. Закрыл и глаза.
Олег подошел к тщедушному пареньку, кивавшему этому, с шевелюрой, спросил:
— Это ты — Лешка? — и громко заявил: — Никакой ему еды. Пусть встанет, выйдет на линейку, умоется. И придет в столовую.
Парень с шевелюрой резко опустил ноги с кровати. Олег натолкнулся на его глаза. Из-под черных, густых бровей — глаза зверя.
— Это что, новый директор?
— Это новый дежурный, — Олег уточнил.
— А чего приказываешь?
— Старшим надо говорить «вы».
— Еще не известно, кто из нас старший, — буркнула Шевелюра.
Поднялся же человек. Встал. Вышел на линейку, где после переклички директор поздравил второкурсников с возвращением с практики и пожелал им хорошего продолжения теоретической учебы.
11. Костя Демин
Парни ходили за Олегом по пятам. Ждали, когда выйдет из учительской, пойдет по коридору или уж когда к себе домой, чтобы проводить и о чем-нибудь поговорить с ним. А то выпросить для себя какое-нибудь поручение. Насчет ринга только намекнул — они тут же собрались: Жора Корчак из Холмска, александровец Эдик Грибанов, Володя Дорохин из поселка Мгачи, Георгий Шаталов из Макарова, Миша Шульга из Долинска, второкурсник Витя Мыльников и много других, которые легко запоминаются и легко забываются. Двое предложили канаты (где возьмут — не сказали), двое принесут брусья, четыре бруса под стойки в углы. За цепями и растяжками Олег обратился к пожилому мастеру Первоткину, который часто вечерами приходит к нему посидеть: почитать какую-нибудь зачитанную книжку про странствия на морях или побеседовать о своей, будто уже прожитой житухе. Нелегкая она была у него, особенно в войну. Сейчас работает с ребятами, с группой мотористов. Вечером приходит в свою мастерскую, говорит — постучать. Делает жестяную посуду, запаивает прохудившиеся чайники, кастрюли.
Да мало ли к кому пришлось Олегу обращаться. Зато ринг все-таки получился. И подстилку положили войлочную, прикрыли сверху жестким полотном. Правда, не из трех канатов он получился, а из двух. Зато теперь был свой ринг! Было где учиться вести бои.
Из города стали регулярно ходить два друга: левша, полутяжеловес Слава Маннаберг, из обрусевших немцев, и средневес Федя Леснов. Ходил и физрук четвертого училища Боря Тарасов, классический борец, как и Вена Калашников. Вместе они учились, вместе приехали. И здесь загорелся боксом. Тима Соболев приходил только на спарринги, занимался в своей секции, в горном техникуме, которой руководил приехавший из Ставрополья Володя Глашкин, высокий южанин, похожий на кавказца.
Сегодня первые соревнования. Пришли поболеть работники училища, пришли завсегдатаи субботних вечеров в клубе. Народу собрался полный зал. Боковых судей было пятеро. Олег провел с ними семинар. Сегодня он выступал в роли руководителя. Его слушали, с его словом соглашались. Это было ново в его жизни. Впрочем, выяснилось, что кроме него, никто не знал столько о боксе. Приобрели новые перчатки, в аптеке каждый боец купил себе эластичные бинты.
Когда на сцене открылся занавес и публике представился белый ринг, она взялась хлопать — так удивило публику это явление. Открыли соревнования Володя Дорохин с Эдиком Грибановым. Эдик моложе и худощавее. Вместе с ударом бросается он всей массой и часто «проваливается». Резкости ему не занимать, и инициативы тоже. Но, бой он, нет, не выиграл. Надо обратить на него особое внимание: способный мальчишка. Олег подошел к углу ринга, положил ему на плечо руку:
— Будет из тебя боец! — сказал громко, во всеуслышанье.
Беленький, светленький Жора Корчак из Холмска добился победы: три раза попал в голову правой рукой — как не радоваться его успехам? Физрук Боря Тарасов, прекрасно сложенный, выглядел на ринге внушительно, но победы добился только по очкам. Федя Леснов победил Ягудина, Витя Мыльников переиграл Тимофея Соболева, чем вызвал его горячий протест всей судейской коллегии. Левша Слава Маннаберг добился победы над Кулаевым.
Олегу Сибирцеву, как и следовало ожидать, противника не нашлось. Судил на ринге. Тем более, что его присутствие в судейской коллегии было необходимо: с разными вопросами к нему обращались то один, то другой.
После соревнований в училище заговорили о боксе и преподаватели, и мастера. И в городе полетели слухи о боксерских состязаниях. Боксом заинтересовался сам Чайка, секретарь горкома комсомола. А что уж говорить об учащихся училища: те только и комментировали бои на ринге. Появился и новый массовый приток желающих заниматься: свои и приходящие из города.