— Матери с отцом помог? Ну, это хорошо. Это, Олег Иванович, очень даже хорошо.
— Так они сколько ждали от меня помощи! Братьев уж не считаю: двое погибли, третий пришел раненый, надо семью создавать, детей растить. А я все не помогал — учился. Пора и мне…
— Да ведь сам молодой, запросы-то и у самого поди есть? — Иван Кузьмич приглядывался к Олегу, будто только его видел.
— Запросы есть, конечно, но, как говорится, по одежке протягивай ножки.
Иван Кузьмич уже глядел в окошко, на горизонт. Побрякал пальцами по столу, глухо заговорил:
— Вот что я надумал, Олег Иванович… Возьми-ка ты дополнительно к преподаванию третью группу судоводителей. Как мастер. Кучина пока нет, он по договору на судне плавает, ему заработать тоже надо. А ты позанимайся-ка с группой, повоспитывай. А то пришли они с практики разболтанные. Пока Кучина нет, я буду тебе платить ставку мастера. Полтора-два месяца. Как это, неплохо ведь?
— Насчет зарплаты неплохо. Но третья группа была на практике, узнала море. В мастера им нужен моряк. А я на море был всего один раз — какой я для них буду авторитет?
— Ну, не скажи. Ты у всего училища — авторитет. А ученики не отдельно обитают — и живут, и учатся, и слушают разговоры. И на твои соревнования они, между прочим, приходят, я видел. Вот и возьми. Морскому хождению ты их, конечно, не обучишь, а к житейским порядкам с твоей помощью, глядишь, будут приспосабливаться.
Олег молчал. Парни незнакомые, надо их изучать на каком-то деле, а времени — всего ничего.
— Ну, что, договорились? — директор по-своему понял его молчание. — Ну, вот и хорошо. Вперед, пока семафор открыт, как говорит ваш брат железнодорожник!
Первую ночь после разговора с директором Олег неважно спал. Думал, чем занять, увлечь ребят в свободное время, чтобы не тянулись куда не надо? Прикидывал план работы. И тут ему пало в голову: лыжи! Гоша готовится, скоро будет городское первенство. Прийти на него всем шалманом, поболеть за своих. Потом кого-то пристроить к Гоше в секцию, может, кто и лыжником станет. Ну, и к себе тоже, в секцию бокса — пусть смотрят хотя бы.
Назавтра замдиректора Александр Васильевич привел Олега в класс, где занимается третья группа судоводителей, приостановил урок по ихтиологии, представил Олега группе как временного мастера. Спросил:
— Знаете этого человека? Не новичок он для вас?
— Зна-аем!
— Очень даже знаем!
— Больно уж строгий он, подобрей надо бы.
— Вам только бы доброго! — Александр Васильевич парировал. — Распустились вы с добрыми-то.
Еще Руфина Фоминична об Олеге замолвила слово. Она с радостью проводила начальство, чтобы без него обстоятельнее рассказать об Олеге Ивановиче. Новое это известие, конечно же, не всех обрадовало, и Руфина Фоминична поняла, что Олега Ивановича ожидают дела нелегкие.
Олег соображал что-то свое. А снег-то уже хороший. У физрука Авенира Калашникова лыжи все разобрали. Старые чинят, восстанавливают, в магазине приобретают новые. На Северном Сахалине шесть месяцев лежит снег, как без лыж?
И вот — воскресный день — лыжные соревнования, городские, отборочные. Гоша сияет, ведет себя как именинник. Готовился вместе со своими ребятами. Утро яркое и не очень холодное, сквозь легкий туманец светит солнце, сыплет снежная пыль.
В техникуме Гошу как-то не замечали, а на четвертом курсе он себя показал: на уфимских городских соревнованиях занял первое место. Всех удивил спортивным подвигом. Эта его победа и сблизила Олега с Гошей, это и определило при направлении их единодушный выбор — Сахалин и дорогу на Дальний Восток. Сейчас он подбирает мазь, натягивает вязаный свитер, теплые носки. В ботинки подкладывает дополнительную стельку из картона. Сверху телогрейка — ее недолго и скинуть. Ну, и шапочка — как положено. И Олег собирается, но у него даже лыж нет. Одевает валенки, свитер, постоянную свою шинель и шапку-ушанку. Идут через весь город, туда, где лес и пересеченная местность, где собираются участники соревнований. В ожидании начала соревнований они объезжают свои лыжи, проверяют подъемы и спуски. Исполосовали гору вкривь и вкось.
Народу собралось — физруки, тренеры, простые болельщики, вроде Олега. Пришли человек семь ребят из третьей группы. Олег пригласил всех, но дело это, конечно добровольное, как и вообще занятие спортом.
Пришла на лыжах и каталась с горы знакомая девушка Светлана. Олег попросился съехать с ней вместе. Съехали. Упали, конечно, и долго смеялись. Съехали еще раз, тоже упали.
Как ни странно, встретили там и директора училища, Ивана Кузьмича. Он был в костюме с рубашкой и галстуком и без пальто… Говорит, что давно закаляется, и ему нисколько не холодно. Оказался он разговорчивым, не таким, как на службе, где выжимает по слову в минуту. И болельщик бокса. Посещал соревнования, даже говорил об отдельных бойцах. Советовал, например, чтобы Олег поговорил со своим Славой Маннабергом, чтобы тот не увлекался спиртом: один раз видел его в городе пьяненьким. Поинтересовался и делами Олега. По работе с третьей группой, главным образом. Видел, говорит, человек шесть-семь пришли сюда на лыжах— это для них ново, значит, дела у тебя идут.