Вера убирает со стола и говорит Тане:
— Пошли на кухню, вымоем посуду и поговорим.
Вера моет, а Таня крутит полотенце.
— Так что у тебя случилось?
— Поссорились с Любкой, — мрачно сообщает Таня, делая из полотенца жгут.
Люба ее лучшая подруга с первого класса.
— Всего-то дела! — с облегчением улыбается Вера. — Помиритесь.
— Она меня предала.
— Не бросайся словами. Объясни толком.
Но не успевает Таня открыть рот, как звонит телефон.
— Конечно, тебя! — с огорчением говорит Таня.
— Я быстро! — обещает Вера. «Кто бы ни был, скажу, что занята».
А разговор получается длинный: у близкой подруги заболел ребенок, тут уж не перебьешь — у человека беда. И Вера сочувственно слушает, расспрашивает, советует, старается успокоить. Положив трубку, она вспоминает, что нужно заказать такси на девятнадцать. Теперь на концерты она ездит машиной. Может наконец позволить себе не толкаться в автобусах в часы «пик».
Вернувшись на кухню, она возобновляет разговор:
— Так что сделала Люба?
— Это надо с начала… — мнется Таня. — Иначе ты не поймешь.
— Давай с начала, — соглашается Вера и туг же останавливает: — Только принеси мне творог, яйца, майонез. Я пока сделаю винегрет и сырники вам на ужин.
Таня приносит. И молчит.
— Ну что же ты? Рассказывай! — торопит Вера, мельком взглянув на часы.
— Понимаешь, есть один мальчишка… — начинает Таня, глядя в сторону, — он в триста седьмой учится, в девятом… — и умолкает.
— Ну, есть мальчишка. И что же он? — подгоняет Вера.
— В субботу у нас был вечер…
Звонит телефон.
— Подойди, у меня руки в муке, — говорит Вера. — Если меня, спроси кто.
— Тебя Зоя Викторовна просит! — кричит Таня.
Это уже Петькины дела.
На прошлой неделе Зоя Викторовна сообщала, что к ней в класс перевели второгодника из другой школы, скверного мальчика: покуривает, употребляет нецензурные слова, затевает какие-то мены-обмены, на большой перемене его поймали с картами. И Петя подружился с ним. Необходимо разбить эту дружбу — Петя такой мягкий, легко поддается влиянию.
Зная, что Зоя Викторовна паникерша, Вера все-таки очень встревожилась. Она понимала, что надо бы «достучаться» к Петьке, выпытать, что привлекает его в том мальчике, а потом развенчать, исподволь подвести к сознанию ненужности такой дружбы, но это дело кропотливое, требующее времени, а где его взять? И она ограничилась грозным приказом: «Не смей дружить с Юрой Пильщиковым. Я запрещаю! Если узнаю, что продолжаешь, переведу в другую школу». Петька заплакал и дал слово.
Сейчас Зоя Викторовна рассказывает, что Петя пересел к Пильщикову. Вот результат необъясненного запрета: только заманчивее стало.
Танины переживания отодвигаются — сама разберется. Вера барабанит в дверь уборной (Петька все еще «заседает»):
— Вылезай, немедленно!
Петька, затаившись, молчит, понимая, что его ждет нахлобучка. Стоять у двери уже некогда, и Вера, попросив Таню: «Вытащи его оттуда. Хоть дверь сломай!», бежит на кухню готовить ужин.
Таня грохочет на совесть, а Вера, быстро нарезая овощи, растирая творог с яйцами, думает: «Что же делать? Действительно перевести его в другую школу? А где гарантия, что там класс окажется «стерильным»? Не в школе дело, а в Пете. Как ему объяснить? Внушить?»
Грохот прекращается, и Таня волочит упирающегося Петьку.
— Ну?! — грозно спрашивает Вера, начиная жарить творожники. — Так ты держишь слово?!
— А чего? — защищается Петька. — Я не дружу… Я так…
— Что значит «так»? Ты даже пересел к нему.
— Это Зоя Викторовна все… — пускает слезу Петька.
— Она чем виновата? — добивается Вера.
— Всех отгоняет от него… Хорошо ему?.. Как заразный… Жалко же… — Петька уже рыдает.
Кажется, Зоя Викторовна переусердствовала и сделала из Пильщикова жертву. А у Петьки доброе сердце. «Тут надо осторожно, — думает Вера, — за сострадание нельзя наказывать». И строго говорит:
— Приведи его завтра к обеду. Я сама на него посмотрю.
— Мамынька, можно? — обнимает ее Петька. — А дружить я не буду. Честное слово! Зуб даю! — он чиркает ногтем большого пальца по зубам.
— Что за выражения! — снова закипает Вера. — Уже набрался!
Над Петькой опять нависает гроза, но звонят в дверь, и Таня приводит его одноклассника, Витю Новикова. Вере он нравится — спокойный, вежливый, опрятный. Мальчик почтительно здоровается и просит отпустить Петю погулять с ним. Вера смотрит на часы — уже пять!