–– О! Мужик! Помоги тачку на колеса поставить! Вишь, в кювет ушел, – Миха старался стоять ровно, чтобы не вызвать осуждения странного путника.
–– А ты на какие колеса ставить будешь? – казалось, тому действительно интересно.
–– В смысле? – Миха не понял.
–– Ну передняя ось вон валяется, а задняя вроде там, под кузовом.
–– Да… Дела… – неудачливый водитель почесал затылок, – И как сам цел остался?
–– Никак. – голос встречного путника был сух и беспристрастен. И оттого стало действительно страшно.
–– В смысле?
–– Ты не остался цел.
–– Ты че буровишь! Я не настолько пьян.
–– Да? Подойди к машине.
Миха сделал пару недоверчивых шагов вперед. Остановился. Сначала ничего не заметил. Потом его внимание привлекло что-то торчавшее из-под капота: это явно не было машиной. Это было мягким и раздавленным.
Пару мгновений ушло на осознание. Миха заорал. Пустился бежать прочь. Бежал, спотыкался, падал, снова поднимался. Кажется, еще раз упал. Сил больше не было. Единственное, что смог – встать на колени. Его выворачивало наизнанку. Стоял на коленях и рыдал.
Миха не видел, как неизвестный мужик подошел, но тот снова стоял рядом. Молча. Чего-то ждал.
–– Я мертв.
–– Нет. Ты – нет. Твоя оболочка – да.
–– Что это значит?
–– Это значит, что ты достиг нужной стадии развития для перехода. И твоя сущность освободилась от оболочки.
–– Нет! Я не хочу! Не сейчас!
–– Если честно, я тоже думал, что ты выйдешь попозже. Но, видимо, ты решил, что если увидишь своего ребенка, то выходить из оболочки будет еще больнее.
–– Ребенок! Я не увижу сына?
–– Дочь. Людмила родит девочку. – Миха снова завыл. Просто по-звериному завыл. Демиург молча стоял рядом.
–– Это все ты! – Михаил бросился на Демиурга с кулаками.
–– Нет. Это не я. – Демиург отошел в сторону и Миха плюхнулся на землю. – Твой жизненный сценарий прописывал не я. Я не люблю разбитых сердец. Хотя, конечно, этот ход на редкость удачный.
–– Удачный? – Миха опять попробовал врезать нахальному мужику.
–– Да. Ты получил урок, завершающий ступень. "Любовь созидающая". Людмиле зачтен третий и четвертый урок ее ступени. " Любовь созидающая" и "Самопожертвование". Ей остается только один. А вашей дочери засчитано сразу три. Ее сущность проведет свой срок всего лишь с двумя испытаниями.
–– Какие уроки? Какие испытания? Я умер! Люська одна! Ребенок без отца расти будет! Ты че несешь, урод?!
Демиург вздохнул и замолчал. Миха уже не лез драться. Стоял на коленях, закрыв лицо руками.
-– Ты говоришь, Люся была мне уроком?
–– Да. Финальный урок твоей сущности. "Любовь созидающая".
–– И я его усвоил?
–– Да. Очень быстро.
–– В смысле.
–– Ну ты же был готов отдать ей все, ничего не требуя взамен?
–– Да. Но она. Она же тоже меня любит… ла… Любила.
–– Любит. И будет любить еще долго. Она тоже с успехом прошла это испытание.
–– А какие еще были уроки?
–– А сам как думаешь?
Миха со злостью посмотрел на Демиурга.
–– Понимаю. Еще не осознал себя сущностью. Ну давай я тебе помогу. Какое твое самое яркое воспоминание из детства? Вот прям первое, что вспоминаешь? – парень помолчал. После недолгой паузы несмело спросил:
– Отец? Он однажды меня катал на санках, я совсем малой был. А он разбежался и в сугроб санки перевернул. Я реву, а он хохочет.
–– А еще?
–– Он из семьи ушел. Сказал, что мне так лучше будет. Они с матерью орали друг на друга целыми днями, он пил по-черному. Я его трезвым-то в тот год и не помню.
–– Еще.
–– Его когда инсультом расшибло, он нам не сказал. В каком-то доме престарелых молча помер. Я на него так обижался.
–– Сейчас обижаешься?
–– Нет. Он ведь, хотел как лучше. Хотел добра. Просто у него не получалось.
–– Урок усвоен на отлично.
–– Урок?
–– Да. Не всегда благие намерения приводят к благому итогу. Забавно, но наоборот тоже работает. Со злыми намерениями. Но судить о сущности надо по чем?
–– По намерениям… Странно как-то. Или нет? Нет. Не странно. – рассуждал Миха сам с собой, – Все правильно. Если никак из добрых намерений добра не получается помочь надо человеку.
–– Да. Все это можно уложить в понятие "Милосердие".
–– Милосердие?
–– Да. Первый урок твоей сущности.
–– А второй какой?
–– Тебе название или описание?
Миха недоуменно посмотрел на Демиурга.
–– Ну ладно. Что еще яркого у тебя всплывает в памяти?