Из задумчивости его вывела резкая боль в правой ноге. Матерясь, Асмунд посмотрел вниз: длинная стрела прошила его ногу насквозь в том месте, где кольчужная юбка уже закончилась, а верх сапога из толстой кожи не доставал. Снаряд прошил ногу насквозь, а вот на седло у него убойной силы уже не хватило, и лошадь не пострадала.
Из ступора его вывел крик сера Гивела:
- Нападение! Все в седло, за мной! Шевелитесь, вы скоты беременные! Быстрее, уйдет же! – Не дожидаясь, пока все влезут в седла, он пнул пятками своего коня, бросая своего скакуна с места на галоп.
Асмунд хотел было крикнуть, что бы они не летели сломя голову. Мало ли, что их ждет за крайними домами деревни. На его взгляд нападение на такой отряд одного лучника было бы полной глупостью, что наводило на определенные мысли.
Однако сер Гивел был… как бы поточнее выразится… не гений. Скажем так, он был образцовым рыцарем – храбрым решительным, сильным. Вот только ума у него в голове было совсем не много.
Асмунд, когда его отдали в оруженосцы серу Гивелу, был откровенно не в восторге. Он, будучи парнем смышленым, понимал, что от таких людей есть польза на большой войне, когда два строя тяжелой конницы сходятся в таранном ударе. Правильнее всего было бы сказать, что в таком случае, очень трудно что-либо испортить. А вот посылать копье с ним во главе в набег на чужую территорию… это было очень опрометчивым шагом. Хотя…уже поздно что-либо менять.
Прикинув, что все равно помочь отряду ничем не сможет, Асмунд решил заняться собой. Размышления о высоком – это конечно хорошо, но вот стрела в ноге заставляет думать о более приземленном.
Обломив хвост стрелы, он «сполз» с нее, постаравшись как можно меньше тревожить рану. Сначала он было подумал слезть с лошади и устроить себе нормальную перевязку, но вот лица местных жителей натолкнули на мысль, что оставаться в деревне в одиночку, да еще будучи раненным – идея не самая удачная.
Внезапно до него донеслись приглушенные звуки настоящего сражения. Конское ржание и лязг металла были хорошо слышны даже здесь – посреди деревни.
«Ну вот, кажется они, таки залезли в засаду. Что ж этого стоило ожидать. Единственное, что не ясно, что делать мне, - так размышлял оруженосец, направив своего скакуна в ту сторону, куда ускакал отряд. – Если их там всех перебили, то нужно сваливать. А если нет… Надо посмотреть одним глазом, а потом принимать решение.
Однако, даже выехав на окраину деревни, рассмотреть ничего не удалось. Уже затихающие звуки битвы доносились из-за редких кустов, которые, впрочем, вполне надежно скрывали все действие от постороннего наблюдателя.
Асмунд так и не успел принять никакого решения. Прилетевшая откуда-то сбоку стрела ударила в плече и скинула его с лошади. А приземлился он очень неудачно – «поймал» головой какую-то кочку и свет потух.
***
В целом, план был прост как мычание. Заманить всадников в определенное место, натянув несколько веревок сбросить всех с лошадей, а кто останется в состоянии сопротивляться – добить. Единственное опасение вызывала у капитана последняя часть плана. И не зря: десять необученных крестьян с плохим оружием… можно было банально не справится.
Помощь пришла, откуда не ждали. Оказывается, большая часть населения деревушки успела разбежаться от недостаточно многочисленного отряда, напавшего на деревню. Многие из них, в основном мужчины, спрятав женщин и детей стали возвращаться назад для того, чтобы попытаться отыскать возможность расквитаться со своими обидчиками. И Серов им такую возможность предоставил. А имея под началом не десяток человек, а четыре – пусть это и все те же крестьяне – можно было смотреть в будущее более оптимистично.
Все прошло более-менее согласно намеченному плану. Аранд оказался действительно неплохим спринтером. Парень бежал так, что казалось, у него из-под пят сейчас начнет валить дым от перегрева. Пролетев мимо нас, он шустро нырнул в кусты, а уже через мгновение с засадой поравнялись его преследователи. Одновременно натянулись три веревки, перегораживая тропу и звонко хлопнули тетивы луков. Расчет был на то, что выстрелить нельзя рано, тогда всадники сбавят темп и веревки станут не такие эффективные, но и опоздать нельзя, потому что стрелять по мешанине из людей и лошадей – глупо, только зря стрелы изведешь.
На место лесной тишины, пришли дикие крики, ржание, лязг. Впрочем ненадолго. Из-за деревьев выскочила толпа крестьян, вооруженных кто чем. Преобладали топоры, вилы, и просто дубинки. Вот только оттого, что оружие ни разу не боевое, менее опасным оно не стало. И действительно – раскроят тебе голову плотницким топором или боевым – разницы по большому счету никакой.