Костин с трудом открыл глаза и удивился — темнота не исчезла, не растаяла. Он попробовал повернуть голову, ничего не получилось. Хотел поднять руку — не удалось, она была, словно чужая и не хотела подчиняться его разуму.
«Что это со мной? — подумал Костин. — Неужели потолок в подъезде действительно рухнул?»
Сколько прошло времени, Александр не знал. В какой-то момент он понял, что лежит в кровати. Откуда-то издалека до него донеслись голоса.
«Кто это? — подумал он. — Кто эти люди?»
Прошло еще какое-то время, голоса стихли. Александр с трудом приоткрыл глаза, веки были словно залиты свинцом. Передохнув, он снова открыл глаза. Теперь вокруг лежал какой-то серый туман.
«Где я? — подумал Костин. — Что произошло со мной?»
Чья-то рука коснулась его лба. Рука была прохладной, влажной и по-женски нежной.
— Саша! Ты слышишь меня? — узнал он голос Зои.
Костин хотел мотнуть головой, но у него ничего не получилось.
— Потерпи немного, сейчас приедет карета «Скорой помощи».
— Зоя! Что со мной?
— Я тебя подобрала на лестничной площадке. Я ждала тебя и в окно комнаты видела, как ты вошел в подъезд. Когда я услышала твой крик, я сразу поняла, что что-то произошло с тобой. Вы выскочила из квартиры, ты лежал на площадке. Около тебя стояли двое мужчин, которые заметив меня, быстро спустились вниз по лестнице. Я кое-как затащила тебя к себе и вызвала карету «Скорой помощи».
Костин хотел повернуть голову. Острая боль в затылке прострелила его тело. Он застонал и закрыл глаза. Огромным напряжением воли, он все-таки заставил себя открыть глаза. Над ним склонилась девушка. Он ее не видел, просто угадывал ее присутствие.
— Закройте глаза. Не пытайтесь двигаться — вам нельзя. Отдыхайте, сейчас для вас сон — лучшее из лекарств.
Он снова провалился в темноту. Сколько он спал и спал ли вообще, он не знал. Он открыл глаза, стараясь понять какое время дня. Перед глазами стоял полумрак. Время двигалось настолько медленно, что стало вполне осязаемым. Иногда ему казалось, что он слышит обрывки чьих-то разговоров. Однажды до него неожиданно ясно донесся знакомый ему голос:
— Доктор, когда я могу с ним поговорить?
«Полковник Марков», — догадался он, узнав голос своего начальника.
— Не знаю, товарищ Марков. Мы делаем все что можем. Теперь все зависит от его организма. Могу сказать, что удар был нанесен тупым предметов, достаточно профессионально и должен был привести к летальному исходу. Но вашему подчиненному здорово повезло, он остался жив.
— Скажите, доктор, после этого ранения он сможет что-то вспомнить?
— Не надо об этом, товарищ Марков. Он молодой, сильный мужчина. Давайте будем надеяться на положительный исход.
Врач посмотрела на Костина.
— Не исключено, что он нас с вами слышит.
Они вышли из палаты, оставив его одного.
Серый туман рассеивался медленно, цепляясь за углы палаты, медленно поднимаясь к потолку. Потолок был далеким, плывущим в смещающемся пространстве.
— Вы меня видите? — чей-то голос звучал глухо и отдаленно. — Я из уголовного розыска, товарищ подполковник. Мне нужно вас опросить по факту нападения на вас.
— Я слушаю, вас, — тихо ответил Костин. — Спрашивайте. Вряд ли я чем могу вам помочь.
— Вот и хорошо. Скажите, вы видели напавших на вас людей?
— Нет, — ответил Александр. — Откуда они взялись, я не знаю. Площадка была пустой, там людей не было.
Сотрудник уголовного розыска стал медленно записывать его показания. Он шевелил губами, неоднократно повторяя каждое слово, произнесенное им. Это было так забавно, что Костин невольно улыбнулся.
— Выходит, вы никого не видели? — переспросил его сотрудник милиции.
— Нет.
— У вас есть какие-либо предположения о том, кто мог это сделать и за что?
— Нет, — снова ответил Александр. — Я недавно в Москве и у меня здесь нет ни врагов, ни друзей.
— Кем приходится вам Зинаида Яковлева?
— Знакомой детства. Она здесь не причем. Не трогайте ее…
— Это нам решать. Соседи во время опроса утверждают, что часто видели вас в этом доме. Что к Яковлевой заходили и другие мужчины. Не исключено, что основанием к нападению на вас послужила ревность… Возможно ли это?