— Что-то лицо мне твое знакомо, паря, — произнес шофер.
— Я когда-то воевал в этих местах. Может, встречались…
— Нет. Я здесь до войны и во время ее, не был. Я воевал под Мурманском. Значит, спутал…
— Возможно. Вот еду к однополчанину. Куда деваться, раз пообещал…
— Ну, ну…
Машина резко вильнула в сторону, объехав большую яму на дороге. Александр, закрыл глаза. Он уже в который раз увидел перед собой неподвижное тело Нины, ее остекленевший взгляд…
Капитан Руставели, молча, слушал полковника Соколова. Его левая рука вытирала пот, который покрывал его лоб, разъедал глаза, заставляя его то и дело морщиться. Наконец, капитан положил трубку и, налив в стакан воды, выпил ее залпом. Он ослабил узел галстука и сел за стол. В дверь кабинета кто-то постучал.
— Да! — громко выкрикнул Руставели.
В кабинет заглянула секретарь.
— Товарищ капитан! Сотрудники ждут вашего приглашения.
— Хорошо, Валечка. Приглашай! Сделай мне крепкий чай.
Девушка исчезла за дверью. В кабинет, один за другим, стали заходить сотрудники областного аппарата госбезопасности. Они быстро расселись по местам.
— Плохо работаем, товарищи! — произнес Руставели. — Наше государство делает все, чтобы его органы госбезопасности искали и обезвреживали его врагов. А мы, выходит с вами, не оправдываем возложенных на нас обязанностей. Враг государства свободно разгуливает по территории нашей родины, а мы ничего сделать с ним не можем.
Голос Руставели с каждой фразой становился все громче и жестче. Он на какой-то миг прервал свою речь и посмотрел на офицеров госбезопасности, словно призывая их к ответственности за упущение по службе.
— Я не снимаю с себя ответственность за то, что мы не смогли задержать Костина. Но, это не моя личная вина, а ваша. Кто отвечал за сопровождение Лохмачева?
— Я товарищ капитан, — тихо произнес офицер, поднимаясь со стула.
— Почему вы не обеспечили его безопасность? Почему в сопровождении принимал лишь один сотрудник? Я же вам здесь по-русски говорил, что Костин опасный преступник, что он всю войну занимался розыском и ликвидацией немецкой агентуры.
В кабинете повисла мертвая тишина. Все смотрели на капитана Руставели, ожидая, какие меры дисциплинарного воздействия ожидают старшего лейтенанта Володина.
— Пусть ваше руководство само решает, как вас наказать. Я уже доложил ему об этом. Сейчас главное другое, где нам искать Костина, как далеко он ушел. Железнодорожный транспорт он не рискнет использовать, следовательно, ему остается лишь один путь — автомобильный транспорт. Приказываю, закрыть все дороги области! Проверять каждую машину, каждую повозку! Задача ясна?
Офицеры молчали, все было ясно, как действовать дальше.
— Если вопросов нет, все свободны. К вечеру жду доклада.
Все стали расходиться. В кабинет вошла секретарь и молча, поставила на стол стакан чая и маленькую вазочку с вишневым вареньем.
— Валя! Что вы делаете вечером? — спросил ее Руставели.
Женщина кокетливо улыбнулась.
— У меня свободный вечер, товарищ капитан. Почему вы интересуетесь?
— Хочу вас пригласить в ресторан. Я уже вторую неделю торчу в вашем городке. Скучно, хочется тепла и ласки.
Валя засмеялась и игриво посмотрела на Руставели.
— Значит, договорились…
Женщина в знак согласия кивнула головой и, покачивая бедрами, направилась к двери.
День подходил к концу. Усталое осеннее солнце коснулось верхушек сосен и словно, повиснув на миг, задержалось на несколько минут на небосводе. Капитан Руставели, загасив папиросу, поднялся из-за стола и направился к зеркалу, которое было кем-то спрятано в одной из внутренних створок шкафа. Настроение у него было испорчено докладом подчиненных ему сотрудников МГБ, которым так и не удалось напасть на след исчезнувшего от ареста Костина. Он поправил узел галстука, который сбился в бок, пригладил свои волнистые черные волосы. Оставшись довольным внешним видом, он подошел к двери. На столе задребезжал зуммер телефона. Он поморщился от этого неприятного звука, как морщится любой пациент стоматологического кабинета при звуках работающей бормашинки. Выругавшись, он направился к столу.
— Капитан Руставели, — представился он.
— Я знаю, кто ты, — услышал он знакомый голос. — Это, Костин. Говорят, что руководишь группой, которая разыскивает меня? Это правда? Вахтанг! Я тебя просто не понимаю, зачем это все тебе? Ты же всегда был умным, а здесь… Твоя расписка о сотрудничестве у меня и стоит мне шевельнуть лишь пальцем и тебя живым съест Лаврентий. Он не любит двурушничество, как не любит это твой новый начальник полковник Соколов.